Фамилия Пельтихины — редкий пример, где основа, казалось бы, прозрачна, но за ней скрывается неочевидная история. На первый взгляд, корень «пельтих-» может напомнить о пельменях, но это ложный след. Прямой связи с едой нет, а разгадка лежит в диалектной лексике северных и центральных губерний России.

Словообразовательная модель здесь классическая для русских фамилий: суффикс -ин указывает на принадлежность «чьему-то дому». Пельтихин — буквально «сын Пельтихи» или «человек из рода Пельтихи». Само же прозвище Пельтиха восходит к диалектному глаголу «пельтихать» или «пельтюхать», что в рязанских, тамбовских и владимирских говорах означало «ковылять», «идти вразвалку», «медленно и неуклюже переставлять ноги». Соответственно, Пельтихой в народе могли прозвать человека с характерной походкой — неторопливого, грузного или слегка хромого.

Встречается и другая, менее распространённая версия, связанная с промыслом. В некоторых регионах «пельтихой» называли старую, изношенную одежду или лоскут. В этом случае прозвище могло закрепиться за бедняком, который ходил в обносках, или, наоборот, за ветошником — торговцем подержанным тряпьём. Однако первая версия (по походке) правдоподобнее: глагольные прозвища по физическим особенностям в русской ономастике встречаются чаще, чем прозвища по предметам быта.

Фамилия Пельтихины — недворянская, типично крестьянская или мещанская. Она редка и географически привязана в основном к Центральной России и Поволжью. Встретить её можно в старых метрических книгах Рязанской, Тамбовской и Нижегородской губерний — там, где диалектное слово «пельтихать» было в ходу. В современном мире фамилия почти не встречается за пределами России, что делает её локальным маркером русского крестьянского быта XIX века.

Интересно, что фамилия не претерпела изменений в написании: никаких Пельтяхиных или Пильтихиных — корень устойчив. Это говорит о том, что прозвище было дано в той местности, где слово звучало именно через «е», и закрепилось в документах без искажений. Таким образом, Пельтихины — это потомки человека, которого в деревне запомнили по своеобразной походке или, реже, по бедному гардеробу.