Фамилия Пинемясова — редкий случай, когда основа настолько прозрачна, что сразу вызывает улыбку, но при этом таит в себе несколько пластов истории. Разберём её по порядку.

В основе фамилии лежит прозвище Пинемясо. В старых русских говорах глагол «пинать» означал «толкать ногой», «брыкать», а также «пихать», «совать». Сочетание «пинать мясо» звучит неаппетитно, но в быту XV–XVII веков оно могло относиться к человеку, который работал с мясом грубо, небрежно или, наоборот, слишком энергично. Возможна и другая версия: прозвище давали за резкий, непоседливый характер — «пинающийся», то есть драчливый или неуживчивый человек. В ономастике такие «глагольные» прозвища (типа Держиморда, Сорвиголова) встречаются, но Пинемясо стоит особняком из-за своей буквальности.

Суффикс -ов- в окончании Пинемясова указывает на типичную русскую модель образования: «чей?» — Пинемясов. Первоначально это было краткое притяжательное прилагательное, означавшее «сын (или внук) Пинемяса». Женская форма на -а закрепилась как фамилия по мужу или отцу.

Географически фамилия привязана к северным и центральным регионам России. В переписных книгах и ревизских сказках XVIII–XIX веков носители фамилии Пинемясовы встречаются в Вологодской и Архангельской губерниях, а также в Пермской области. Связь с Севером неслучайна: там долго сохранялись архаичные говоры, где слово «пинать» имело более широкий смысл, чем в литературном языке. Возможно, предок был мясником или скотником, но прозвище скорее отражало манеру работы, а не профессию — в отличие от фамилий Мясников или Резанов.

В написании фамилии нет никаких диалектных искажений — она произносится и пишется так, как слышится. Редкость фамилии (по данным современных справочников, её носят не более нескольких сотен человек) говорит о том, что прозвище не стало массовым и не перешло в разряд «княжеских» или «крестьянских» шаблонов. Это именно локальное, бытовое имя, которое закрепилось в одном-двух родах.

Сегодня фамилия Пинемясова звучит необычно, но для историка языка она — ценный пример того, как живая, грубоватая речь наших предков превратилась в фамилию, сохранившую свою первозданную форму почти без изменений.