Фамилия Плямин — редкий случай, когда прозвище, скорее всего, дали не за внешность и не за профессию, а за манеру поведения. В её основе лежит древнерусский глагол «плямить» — то есть делать что-то с жаром, рвением, азартом. В разных говорах у этого слова были оттенки: «плямить» могло означать «гореть, пылать» (от общеславянского «полымя» — пламя), но чаще — «спешить, суетиться, делать дело с огоньком, но не всегда толково». Человек, которого в XV–XVII веках прозвали Плямой, — это либо торопыга, который всё хватается, либо, наоборот, энергичный и увлечённый работник.

Суффикс «-ин» указывает на типичную восточнославянскую модель: «чей?» — Плямин, то есть сын или потомок Плямы. В отличие от фамилий на «-ов», здесь основа оканчивается на гласный или мягкий согласный, что встречается реже. Географически фамилия Плямин тяготеет к северным и центральным областям России — в переписных книгах Новгородской и Вологодской губерний встречаются крестьяне и посадские люди с таким прозвищем, но в массовых списках XIX века она остаётся малочисленной.

Интересно, что в некоторых диалектах слово «пляма» имело ещё одно значение — «пятно, клякса» (от немецкого «Flamme» через польское посредство). Если так, то прозвище могли дать нерадивому писцу или маляру, вечно пачкающему бумагу. Однако эта версия менее вероятна: в русских говорах для «пятна» чаще использовали слово «пятно» или «клякса», а «пляма» в этом смысле — заимствование, закрепившееся в основном в западных регионах.

Таким образом, носитель фамилии Плямин, скорее всего, происходит от предка, которого окружающие запомнили как человека горячего, торопливого или чрезмерно усердного. Фамилия не получила широкого распространения и не обросла дворянскими ветвями, поэтому её история — это история простых людей, чьи имена сохранились только в метрических книгах и ревизских сказках.