Фамилия Поплутин звучит как загадка — и разгадка лежит на поверхности, стоит лишь прислушаться к глаголу «поплутать». Так в старину говорили о том, кто ходит, не зная дороги, сбивается с пути, блуждает без цели. От этого глагола и родилось прозвище Поплута, а уже от него — фамилия Поплутин.

Словообразовательная модель проста и прозрачна: прозвище Поплута + типичный русский суффикс принадлежности -ин. Этот суффикс указывает на прямого потомка: Поплутин — значит «сын Поплуты», «ребёнок того, кого звали Поплута». Такая модель — одна из самых распространённых в русских фамилиях, она же встречается в фамилиях вроде Пушкин или Гагарин, где основа — тоже прозвище или имя.

Но кем был тот самый Поплута? Здесь открывается простор для версий. Самая очевидная: прозвище закрепилось за человеком, который любил гулять по нелюдимым местам, уходил в лес или поля без особой нужды. Однако народная наблюдательность редко даёт прозвища просто так. Куда вероятнее, что Поплутой окрестили охотника или грибника, который плохо ориентировался на местности и частенько возвращался домой позже положенного, кружа по лесу. В крестьянской среде, где каждый знал друг друга в лицо, такая особенность не осталась бы незамеченной.

Интересно, что прозвище Поплута могло нести и лёгкий ироничный оттенок — не злой, а скорее добродушный. Плутать по лесу в тех краях, где жили предки Поплутиных, было делом обычным: густые леса и редкие дороги легко сбивали с толку даже бывалых. Так что прозвище могло закрепиться за человеком, чья рассеянность или любовь к блужданиям стала его отличительной чертой.

Фамилия сохранила память об этом прозвище в неизменном виде. Поплутины — потомки того самого человека, который когда-то сбился с пути, и эта маленькая бытовая история навсегда осталась в родовом имени. В отличие от многих фамилий, где основа давно стёрлась из языка, здесь связь с живым глаголом ощущается и сегодня: каждый, кто хоть раз плутал в незнакомом месте, понимает, о чём речь.