Фамилия Пошехов — одна из тех, где с первого взгляда понятна модель образования, но корень заставляет задуматься. Она явно происходит от прозвища или имени Пошех, а тот, в свою очередь, связан с глаголом «пошех» или, что вероятнее, с названием жителя определённой местности. Самая убедительная версия — прозвище человека, который «пошёл» или «пошехнулся» в каком-то смысле: либо был непоседой, постоянно куда-то срывался с места, либо, в переносном значении, чудаковат и действовал не как все. В русских говорах «пошех» могло означать «бродяга», «шатун» или, наоборот, «торопыга».

Менее очевидная, но исторически интересная гипотеза связывает фамилию с этнохоронимом — названием жителя Пошехонья. Пошехонье — старинный город и местность в Ярославской области, и её жителей в просторечии называли «пошехонцами». Однако фамилия Пошехов образована не напрямую от названия города (тогда было бы Пошехонцев или Пошехонский), а от более короткой, разговорной формы «пошех». Такие сокращённые прозвища по месту жительства встречались, но реже, чем классические «москвич» или «тверяк». Скорее всего, перед нами именно прозвище по характеру или поведению.

Суффикс -ов указывает на типичную русскую патронимическую модель: Пошехов — сын Пошеха. Фамилия недворянская, крестьянская или мещанская, и географически её стоит искать в северных и центральных губерниях России, особенно в Ярославской, Вологодской и Костромской областях, где слово «пошех» могло быть в ходу. В дореволюционных переписях она встречается нечасто, что говорит о её локальном и, вероятно, однокоренном происхождении — от одного-двух родоначальников, получивших прозвище в конкретной деревне.

Сравните с фамилиями Пошехин, Пошахов, Пошехонов — все они идут от того же корня, но с разными суффиксами. Пошехов — самая простая и прямая форма, без дополнительных «украшений». Если ваш предок носил это прозвище, он мог быть человеком подвижным, непоседливым или просто получил его в насмешку за странные повадки. Точнее сказать сложно: письменных источников по этой фамилии почти нет, и реконструировать её историю можно только через лингвистику и географию бытования.