Фамилия Потылчеков — редкий гость в современных справочниках, и это как раз тот случай, когда за неброской формой скрывается пласт народной речи. Вопреки распространённому мнению, она не связана с каким-либо «потылом» или «потыльчем» в прямом значении. Основа здесь — диалектное слово «потыл», которое в южнорусских и украинских говорах означало «затылок», «задняя часть головы» или даже «тыльная сторона». Соответственно, прозвище Потылко, от которого и пошла фамилия, мог получить человек с характерной особенностью — например, крупным затылком или привычкой ходить, чуть откинув голову назад.

Словообразовательная модель проста и прозрачна. Суффикс -ов указывает на принадлежность: Потылчеков буквально значит «сын Потылчка». А вот сам промежуточный суффикс -к- добавляет уменьшительно-ласкательный оттенок, что типично для прозвищ, которые закреплялись за младшими членами семьи или просто за человеком небольшого роста. Такой трёхступенчатый переход — Потыл → Потылко → Потылчек → Потылчеков — хорошо прослеживается в русской ономастике, хотя в случае с этой фамилией он встречается заметно реже, чем у «простых» отчеств вроде Иванов или Петров.

Сама фамилия — самобытный памятник славянской культуры, и подобные именования действительно широко представлены в ономастике восточных, западных и южных славян. У поляков, например, есть фамилия Potyłka, у белорусов — Патылко, и все они восходят к той же основе. Это лишний раз подтверждает: прозвища по частям тела — один из древнейших пластов антропонимии, и они не знали границ между славянскими землями.

Вопрос о точном месте происхождения фамилии остаётся открытым. С одной стороны, слово «потыл» в значении «затылок» фиксируется в курских, воронежских и донских говорах, что позволяет предположить южнорусские корни рода. С другой — окончательно говорить о времени и месте возникновения конкретной ветви Потылчековых можно лишь на основании серьёзных генеалогических исследований с привлечением архивных документов. Процесс формирования каждой отдельной фамилии мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности: носитель прозвища мог переехать, а его потомки — осесть за сотни вёрст от прародины.

Любопытно, что фамилия не получила широкого распространения и сегодня встречается точечно, в основном в центральных и южных регионах России. Это делает её не «стёртой» от частого употребления, а, наоборот, более ценной для семейной истории: чем реже фамилия, тем проще проследить родственные связи между её носителями. Так что Потылчеков, который решит разобраться в своём генеалогическом древе, имеет все шансы восстановить его едва ли не до XVII века — было бы желание и доступ к метрическим книгам.