Фамилия Проходцевы (в мужском варианте — Проходцев) образована от личного прозвища Проход. Это прозвище восходит к нарицательному слову, и здесь кроется сразу несколько возможных значений, которые стоит разобрать по порядку.

В основе лежит глагол «проходить». В диалектах и в старом русском языке словом «проход» называли не только действие, но и человека. Чаще всего так закрепляли за тем, кто был пронырлив, умел пройти где угодно, находил лазейку в любом деле. Второе значение — «проходной двор» или узкий проулок: прозвище мог получить человек, живший у прохода, на оживлённом перекрёстке или владевший проходным двором. Третье, менее распространённое значение — быстрый, скорый на ногу человек, которого «не догонишь».

Словообразовательная модель здесь классическая для русских фамилий: к основе Проход добавили суффикс -ец, а затем — притяжательный суффикс -ев. Форма Проходцев буквально означает «сын Проходца», то есть потомок человека, носившего прозвище Проходец (уменьшительно-ласкательная форма от Проход). Именно суффикс -ец в основе отличает эту фамилию от более распространённой фамилии Проходов, которая образована напрямую от прозвища Проход без промежуточной ступени.

Прозвища с корнем «проход» встречаются в русской ономастике с давних пор. Родственные фамилии — Проходов, Проходкин, Проходимов, Прохожий. Все они относятся к пласту «мирских» имён, которые давались человеку в быту и не имели отношения к крестильному церковному имени. Такие прозвища часто были очень живыми и цепкими: они отражали характер, привычки или место жительства человека.

О точном месте и времени возникновения фамилии Проходцев говорить сложно: процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, с XV по XVII век, и шёл в разных регионах неравномерно. Однако суффикс -ев указывает на то, что фамилия закрепилась в среде, где было распространено «аканье» или мягкое произношение конечного согласного основы — это характерно для северных и центральных русских говоров.

Фамилия Проходцев представляет собой замечательный памятник славянской письменности и культуры. Она сохранила в себе живую народную речь, то самое меткое прозвище, которое когда-то дали человеку соседи или родня, и через четыре-пять столетий мы можем реконструировать, каким видели этого человека окружающие: ловким, быстрым или просто жившим у дороги.