Фамилия Прылипко — один из ярких примеров украинской модели фамилий на -ко, которая в XVII–XVIII веках массово вытесняла более ранние прозвищные формы. Суффикс -ко в украинской ономастике выполнял ту же роль, что и русские -ов/-ев: он превращал личное прозвище в наследственное родовое имя. Поэтому Прылипко — это не просто «тот, кто прилип», а «потомок человека по прозвищу Прылипа» (или Прылипка).

Основа фамилии — глагол «прилипнути» (прилипнуть). В украинских говорах слово «прилипа» имело два основных значения. Первое — ботаническое: так называли некоторые цепкие растения, например, подмаренник или репейник. Второе — переносное, бытовое: назойливый, навязчивый человек, который «прилипает» к другим, не отстаёт. Вряд ли такое прозвище давали в похвалу — скорее, оно отражало особенность поведения или характера. Реже «прилипой» могли назвать льстеца или подхалима.

Интересно, что фамилия Прылипко почти не встречается за пределами Украины. Основной ареал — центральные и восточные области: Полтавщина, Черкащина, Киевщина, а также южные регионы, куда украинцы переселялись в XIX веке. В России эта фамилия редка и обычно указывает на украинское происхождение носителя. Встречается также вариант написания Прилипко — с буквой «и» вместо «ы», что связано с разной передачей украинского звука [ɪ] в русской записи.

Словообразовательная модель проста: корень «-лип-», приставка «при-» и суффикс -к- (в украинском варианте -ко). Такая же структура у фамилий Приставко, Приходько, Присяжнюк — все они образованы от глагольных основ с приставкой при-. Фамилия Прылипко, таким образом, стоит в одном ряду с украинскими прозвищными фамилиями, где суффикс -ко указывает на потомка, а основа — на конкретное свойство или действие.

В дореволюционных метрических книгах фамилия фиксировалась преимущественно в казацких и крестьянских сословиях. Дворянских родов с такой фамилией не известно — прозвище было слишком бытовым и не несло гербовой символики. Сегодня носители фамилии живут не только в Украине, но и в диаспоре: в Канаде, США, Аргентине — туда украинцы эмигрировали в конце XIX — начале XX века.