Фамилия Пурвин звучит для русского уха непривычно, и это не случайно: за ней стоит балтийский, а точнее литовский след. В основе лежит литовское слово purvas — «грязь». Так что первый и самый очевидный ответ на вопрос о происхождении: прозвище Пурва, от которого пошла фамилия, мог получить человек нечистоплотный, неряшливый, тот, за кем в деревне закрепилась слава любителя ходить в грязи.

Но сводить всё только к насмешке над неопрятным соседом было бы слишком просто. В старину прозвища часто давались не за внешний вид, а за работу. «Грязная» работа на руднике, в кузнице, при крашении тканей или выделке кож — всё это оставляло след на одежде и руках человека. Поэтому Пурвой вполне могли называть и трудягу, чей промысел был связан с землёй, болотом или ремеслом, пачкающим руки. В этом смысле прозвище могло быть уважительным, указывающим на профессию, а не на недостаток.

Словообразовательная модель здесь прозрачна. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Пурвин — это «сын Пурвы», «из рода Пурвы». Такая модель типична для русских фамилий, но в данном случае она наложилась на иноязычную основу. Это говорит о том, что предок носителя фамилии был балтом по происхождению, но жил в русскоязычной среде или был записан русским писарем, который оформил прозвище по привычному образцу. Сама фамилия довольно редкая, и её география, скорее всего, связана с западными регионами России, где исторически происходило смешение русского и балтского населения.

Интересно, что фамилия сохранила исходное значение без искажений. В русском языке есть созвучные слова, например «пурга», но связывать Пурвина с метелью было бы ошибкой — литовский корень здесь очевиден. Слабая альтернативная версия, выводящая фамилию от какого-либо личного имени, не выдерживает критики: слишком прямолинейно слово ложится в основу прозвища. Так что потомок человека, которого звали Пурва, со временем стал Пурвиным, и эта фамилия до сих пор хранит память о своём балтийском корне и о том, чем занимался или каким был её первый носитель.