Фамилия Пынников — редкий пример, где основа очевидна, а значение упирается в диалектное слово, почти забытое. Корень «пын-» в русских говорах означает спесь, чванство, надменность. «Пыня» или «пынник» — так в некоторых областях называли гордеца, зазнайку, человека, который держится с преувеличенным достоинством. Суффикс «-ник» в основе встречается реже, чем простой «-н»: он указывает на носителя качества как на деятеля или постоянное свойство (сравните: «грубиян» — грубиян, «злыдень» — злыдень). Таким образом, Пынников — это буквально «сын Пынника», то есть потомок человека, за которым закрепилось прозвище Пынник.

Фамилия образована по самой распространённой русской модели: к основе на согласный добавляется суффикс притяжательности «-ов». Это типичная «отпрозвищная» фамилия, каких большинство в крестьянской среде. Она не несёт следов дворянского или духовного происхождения — нет суффикса «-ский» или «-ин» от имени на -а. Скорее всего, предки Пынниковых были крестьянами или посадскими людьми, а прозвище дали за характер.

Интересно, что в некоторых южнорусских говорах «пын» означало не только спесь, но и хмельное состояние — «пыный» (пьяный). Однако эта версия менее вероятна: для прозвища пьяницы обычно использовали другие корни (Квасников, Бражников, Хмельнов). Прямое значение «гордый, надутый» логичнее и встречается в исторических памятниках: в словаре Даля «пыня» — это чванливый человек, а «пынник» — тот же корень, но с уменьшительно-пренебрежительным оттенком.

Географически фамилия редкая и локализованная. По данным современных списков, Пынниковы встречаются в основном в центральных и южных областях России — в Воронежской, Липецкой, Тамбовской областях. Это совпадает с ареалом распространения слова «пыня» в диалектах. В донских и кубанских станицах фамилия могла закрепиться уже в XIX веке при переселении крестьян.

Сравнение с однокоренными фамилиями подтверждает логику: Пынин, Пыньков, Пыняев — все они образованы от того же корня с разными суффиксами. Пынников среди них — самый редкий, с характерным «-ник», что делает его своеобразным «диалектным маркером»: носитель фамилии почти наверняка происходит из местности, где это слово было в ходу.