Фамилия Рабинков — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не ремесло, а сан. Разбираем её по косточкам.

Прозвище Рабин, давшее начало фамилии, восходит к нарицательному «рабин» — то есть «раввин». В буквальном переводе с арамейского это слово означает «великий», «значительный» или «учитель». Раввин — не просто служитель культа, а духовный руководитель еврейской религиозной общины: он возглавляет её, имеет право преподавать в высших религиозных учебных заведениях и заседать в религиозном суде. Звание присваивается только после получения соответствующего религиозного образования.

Скорее всего, прозвище Рабин относилось к «профессиональным» именованиям, которые прямо указывали на род деятельности человека. Так могли назвать и самого раввина, и, что не менее вероятно, его сына или ученика, за которым закрепилось прозвище по отцу-наставнику. Позже, когда прозвища начали превращаться в наследственные фамилии, потомок человека по прозвищу Рабин получил фамилию Рабинков.

Обратите внимание на суффикс «-ков», который в данном случае необычен. От основ на «-ин» (Рабин) стандартная русская фамилия чаще образуется через «-ин»: Рабинин. Форма Рабинков говорит о более позднем, вторичном оформлении: сначала возникло прозвище Рабин, затем от него сделали притяжательное прилагательное «Рабинков» (то есть «сын Рабина»), и уже оно закрепилось как фамилия. Такая модель встречается реже, чем прямой патроним, и часто указывает на то, что фамилия складывалась в среде, где русские словообразовательные нормы смешивались с иноязычными основами.

Встречается и другая, менее правдоподобная версия: связь с птицей рябчик, где «рябин» — диалектное название. Но она слабая: слишком велико смысловое расстояние от охотничьего прозвища до устойчивой фамильной формы с таким суффиксом. Версия с раввином выглядит убедительнее и по смыслу, и по географии: фамилия Рабинков типична для регионов, где еврейское население активно контактировало с русскоязычной средой, — черта оседлости, западные губернии, позже — крупные города.