Фамилия Рахимберлинов — яркий пример того, как тюркская именная формула превратилась в русскую фамилию, обрастая на конце привычным славянским суффиксом. Её основа — сложное имя Рахимберли, которое восходит к арабским корням: «Рахим» (милостивый, один из эпитетов Аллаха) и «берли» (тюркский компонент, означающий «имеющий», «обладающий» или «данный»). В буквальном, хоть и упрощённом, прочтении имя можно понять как «обладающий милостью» или «милостью данный». Такие составные имена были распространены у народов, исповедующих ислам, особенно среди татар, башкир и казахов.

Словообразовательная модель фамилии двойная. Сначала к основе Рахимберли добавили русский посессивный суффикс -ов, который в классической русской ономастике указывает на принадлежность («чей?» — Рахимберлинов). Но перед этим, скорее всего, имя уже прошло стадию тюркского патронима: в языках Поволжья и Средней Азии окончание -ин или -лы как раз образует фамильные прозвища (сравните с татарскими фамилиями на -ов, -ев, но с основой на -ли: Ахметов, но Баширов). Таким образом, Рахимберлинов — это русифицированная форма тюркского родового имени, которую закрепили за потомками при переписях или паспортизации в XIX–XX веках.

Географически фамилия тяготеет к зоне смешения тюркских и славянских культур. Чаще всего её носители встречаются среди татар (особенно казанских и сибирских), башкир, а также у азербайджанцев, где форма имени могла звучать как Рахимберли. В русском написании фамилия закрепилась именно с суффиксом -ов, что типично для регионов, где проводилась массовая русификация документов: в Оренбургской, Уфимской, Астраханской губерниях.

Интересная деталь: в отличие от многих фамилий на -ов, где корень — чисто арабское имя (Рахимов), здесь сохранился тюркский словообразовательный элемент «берли». Это указывает на то, что предок носителя фамилии был назван не просто Рахимом, а именно Рахимберли — то есть человеком, чьё имя подчёркивало связь с божественным качеством через тюркскую грамматику. Такая гибридная форма — свидетельство давних и глубоких контактов арабской письменной культуры с тюркской устной традицией.

О сословной принадлежности предков сказать что-то определённое сложно: составные имена с религиозным смыслом встречались и у крестьян, и у мулл, и у торговцев. Но сам факт, что фамилия не сократилась до простого «Рахимов», говорит о том, что в семье ценили полную, развёрнутую форму имени, возможно, передававшуюся через несколько поколений.