Фамилия Растовска — редкий случай, когда польское или белорусское окончание -ска (-ska) оказывается в фамилии, которую носитель, скорее всего, получил уже на территории Российской империи. Это не «женская» форма от мужской фамилии Растовский (как, например, Иванова от Иванов), а исходная фамилия, закрепившаяся в документах именно в таком виде. В польской и западнорусской традиции окончание -ска/-цка характерно для фамилий шляхетского происхождения, образованных от названий имений. То есть предок мог владеть или происходить из места с названием Растов, Растово или Растовка.

Корень «Раст-» многозначен. Первая и самая прямая версия — от географического названия. В Польше есть деревня Растов (Rastów), в Беларуси — Растово, на Украине — Растовка. Фамилия по такой модели говорит о том, что человек был «тем самым из Растова». Вторая версия — от прозвища, данного за медленный рост или, наоборот, за высокий рост (от глагола «расти»). Третья, менее вероятная, — от личного имени Раст, которое могло быть сокращением от крестильного имени Ераст (др.-греч. «любящий»). В пользу «растительного» корня говорит и то, что в южнорусских говорах «раст» — это растение, росток.

Суффикс -овск-/-евск- в основе типичен для фамилий, которые формировались в среде польской шляхты и украинской казацкой старшины. Однако в XIX веке такие фамилии активно раздавались крестьянам при переписях — чиновники могли «облагородить» фамилию простого крестьянина, приписав ей окончание -ский. Поэтому Растовска может быть как фамилией потомка мелкопоместного шляхтича, так и крестьянской фамилией, возникшей по названию деревни, где жила семья.

Географически фамилия привязана к западным губерниям: Могилёвской, Витебской, Гродненской, а также к Волыни. Встречается в современной Польше, Беларуси и на западе Украины. В России она редка и обычно указывает на миграцию предков из этих регионов.

Интересная деталь: в польском языке фамилия звучала бы как Rastowska, а в белорусском — Растоўская. Форма «Растовска» без «я» на конце — это результат адаптации при записи в русских документах, где окончание -ска воспринимали как неизменяемое женское окончание. Таким образом, фамилия хранит память о канцелярской ошибке или сознательном упрощении, которое закрепилось в паспорте.