Фамилия Растунова — редкий случай, когда за основой угадывается не имя и не занятие, а диалектное слово, у которого сразу несколько значений. Разбираем их по порядку, но сразу оговоримся: однозначного ответа нет, и это нормально для фамилий, которые формировались вдали от столиц, в северных говорах.

Самая конкретная версия отсылает к архангельским говорам, где словом «растун» называли лен лучшего качества. Если так, то прозвище Растун — профессиональное: его мог получить человек, который выращивал отборный лен, или же торговец нитями и полотном из такого сырья. В северных деревнях, где лен был основой хозяйства и главной статьей дохода, подобное именование звучало бы как уважительная характеристика мастера.

Вторая гипотеза проще и лежит на поверхности: от глагола «расти». Тогда Растуном называли либо высокого, рослого человека, либо ребенка, который хорошо развивался и быстро набирал рост. Такие прозвища по внешнему признаку давали часто, и они легко закреплялись за семьей.

Третья версия — самая неожиданная — связывает прозвище с диалектным глаголом «растункать», то есть «растолкать, разбудить». Здесь возможны два толкования: либо человека, который рано вставал и будил всех вокруг, либо, наоборот, того, кто был веселым, шумным и шебутным. Оба варианта правдоподобны, но эта гипотеза слабее первых двух: глагол редкий, а прозвищная модель от него почти не встречается в других фамилиях.

Словообразовательно фамилия проста: суффикс -ов указывает на принадлежность, то есть «Растунов» — сын, потомок Растуна. Мужская форма Растунов и женская Растунова — это одна и та же семейная история, просто ответ на вопрос «чей ты будешь».

Географически фамилия тяготеет к Русскому Северу, что косвенно подтверждает первую, «льняную» версию. В южных и центральных регионах России она встречается заметно реже, и это важный маркер: прозвище, скорее всего, возникло именно там, где лен был главной культурой.

Что касается истории рода: фамилия закрепилась за потомками человека по прозвищу Растун, и уже неважно, какое из значений было исходным. В любом случае, перед нами не книжное, а живое прозвище, которое давали в быту, и это делает фамилию Растунова ценным источником по истории северного крестьянства.

Если выбирать между версиями, самая убедительная — первая, с льном: она объясняет и диалектную основу, и региональную привязку, и профессиональный характер именования. Остальные гипотезы стоит держать в уме как возможные, но менее вероятные.