Фамилия Ребрантов — редкий случай, когда основа почти наверняка не русская, а суффикс — свой, местный. Если отбросить окончание -ов, корень Ребрант- выглядит чужеродно для славянской антропонимии. Скорее всего, перед нами фамилия, образованная от прозвища или имени, которое принесли в русскую среду выходцы из Западной Европы — немцы, голландцы или прибалтийские народы.

Наиболее правдоподобная версия связывает Ребранта с немецким или нидерландским словом Rebrandt. В голландском rebrandt может означать «крепкий совет» (от raad — совет, bont — смелый, крепкий) или быть вариантом имени Рембрандт (Rembrandt), известного по фамилии великого художника. В немецких диалектах встречается фамилия Rebrandt, которую могли носить переселенцы, приглашённые в Россию при Екатерине II. Суффикс -ов в таком случае — типичная русская адаптация: иностранную основу «обрусели», добавив притяжательный суффикс, и получили Ребрантов, то есть «сын (потомок) Ребранта».

Есть и более прозаичный вариант: в некоторых говорах западных областей России (Смоленщина, Псковщина) слово «ребрант» могло быть искажением от «ребранный» — то есть «перебранный, разобранный по косточкам», или от «ребро» в значении «крепкий, костистый человек». Но эта гипотеза слабее: фамилия столь редка, что её география — скорее места компактного проживания немецких колонистов (Поволжье, юг Украины), чем коренные русские уезды.

Словообразовательная модель проста: основа Ребрант + патронимический суффикс -ов. Фамилия недвусмысленно указывает на то, что предок носителя именовался Ребрантом — либо по фамилии, унаследованной от отца, либо по прозвищу, которое закрепилось за ним в русской среде. Сословно такие фамилии чаще всего встречались у мещан, ремесленников и крестьян из числа обрусевших иностранцев, но точных данных по Ребрантовым нет — фамилия не попала в массовые списки дворянства или купечества.

В современной России Ребрантов — фамилия штучная. По открытым данным, её носят единицы, сосредоточенные в основном в центральных и южных регионах. Если вы встретили её в архивах, стоит искать не в крестьянских переписях XVII века, а в метрических книгах лютеранских приходов или в списках колонистов XVIII–XIX веков.