Фамилия Робченко — характерный пример украинской модели фамилиеобразования с суффиксом -енко, который в XVI–XVII веках закрепился в Поднепровье и Слобожанщине как обозначение потомка, сына или ученика. Буквально Робченко — это «Робков сын» или «маленький Робко». Но что скрывается за основой «Роб-»? Здесь возможны два варианта, причём один из них куда более вероятен, чем другой.

Первая и самая правдоподобная версия отсылает к древнерусскому глаголу «робити» — работать, трудиться. В украинском языке «робити» сохранило это значение, а «робітник» означает работника. Соответственно, прозвище Робко мог получить человек трудолюбивый, усердный в делах. Такие прозвища по личным качествам были распространены повсеместно: нередко они закреплялись за крестьянами или ремесленниками, чья работа бросалась в глаза. Фамилия Робченко в этом случае — «сын работящего человека».

Вторая версия, более редкая, связывает основу с личным именем Роб, которое могло быть сокращением от канонического Роберт (пришло через польское влияние) или от славянского имени Робко, образованного от «робя» — дитя, мальчик. Но в украинской ономастике такая модель встречается редко, и маловероятно, что именно она дала начало фамилии. Скорее всего, перед нами прозвище по труду, а не по имени.

Географически фамилия Робченко тяготеет к центральным и восточным областям Украины: Черкасской, Полтавской, Харьковской. Встречается она и на юге России, куда переселялись украинские крестьяне в XVIII–XIX веках. Сословно носители фамилии почти наверняка относились к казачеству или крестьянству — дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано. В документах XIX века Робченко фигурируют в ревизских сказках и метрических книгах как «малороссияне», то есть украинцы.

Однокоренные фамилии — Робко, Робенко, Робков — подтверждают, что основа «роб-» была продуктивной в народной среде. При этом Робченко стоит особняком: суффикс -енко здесь работает не как уменьшительный, а как патронимический, указывая на родство. Если ваш предок носил эту фамилию, он, скорее всего, происходил из семьи, где ценили труд, а само прозвище дали не случайно — возможно, за усердие в поле или в мастерской.