Фамилия Роганина — редкий пример, где женская форма закрепилась в качестве основной. Обычно такие фамилии на -ина образуются от мужских на -ин (Роганин → Роганина), но в данном случае носительницей могла быть женщина, получившая фамилию от отца или мужа, а затем передавшая её детям. В русской традиции фамилии на -ин/-ина — одни из самых распространённых, но Роганина встречается нечасто, что делает её интересной для разбора.

Основа фамилии — прозвище или нецерковное имя Роганя. В русских говорах «роганя» могли называть человека с крупным носом, упрямого или того, кто «бодается», то есть постоянно спорит и лезет в ссору. Корень «рог-» здесь прямой: от слова «рог». В ономастике такие прозвища давали по внешности или характеру, и они легко переходили в фамилии. Менее вероятна, но возможна связь с ремеслом: роганями иногда называли мастеров, работавших с рогом (гребни, пуговицы), но это уже гипотеза без серьёзного подтверждения в источниках.

Суффикс -ин в фамилии Роганина указывает на принадлежность: «чей?» — Роганин, то есть сын или дочь Рогани. Это типичная притяжательная модель, характерная для северных и центральных областей России. Если бы фамилия образовалась от топонима (названия деревни Роганино), она могла бы иметь суффикс -ский, но здесь мы видим более архаичную форму, что говорит о её происхождении от личного прозвища, а не от географического названия.

Географически фамилия Роганина тяготеет к Поволжью и Уралу, хотя точных статистических данных по ней мало. В дореволюционных переписях она могла фиксироваться как Роганин, а женский вариант появлялся в метриках, когда речь шла о вдовах или незамужних женщинах, ведущих хозяйство. Сословно предки могли быть крестьянами или мещанами — дворянских родов с такой фамилией не известно.

В сравнении с однокоренными фамилиями (Рогов, Рогачев, Рожков) Роганина стоит особняком из-за редкого суффиксального оформления. Если Рогов — прямая отсылка к рогу, а Рогачев — от названия жителя по местности, то Роганина сохраняет уменьшительно-ласкательный оттенок прозвища: Роганя — это не просто «рогатый», а скорее «рогатенький», с оттенком фамильярности. Такие формы были типичны для бытового общения в русской деревне, где прозвища давали не для официальной записи, а для повседневного употребления.