Фамилия Роговнина — один из ярких примеров, как редкая патронимическая модель может рассказать о происхождении точнее, чем типовые окончания. Она образована не от распространённого «Рогов» или «Роговин», а от женской формы прозвища или имени — Роговна. Суффикс -ин в фамилии указывает на принадлежность: Роговнина буквально значит «жена (или дочь) Роговны». Такая цепочка характерна для северных и центральных регионов России, где женщины нередко получали фамилии по мужу или отцу с сохранением родового прозвища в женском роде.

Основа фамилии восходит к слову «рог». В ономастике это многозначный корень. Прозвище Рог могли дать человеку с крутым нравом, упрямому, либо тому, кто жил на мысу, на изгибе реки. В ремесленной среде «роговником» называли мастера, работавшего с рогом — делал гребни, пуговицы, пороховницы. В северных говорах «роговня» означала деревянный крюк для подвешивания котла над очагом. Так что предок мог быть и косторезом, и кузнецом, и просто обладателем внешней черты.

С точки зрения словообразования фамилия стоит в одном ряду с редкими формами вроде Кузьмина (от Кузьма), но с двойным женским суффиксом — это почти исключительный случай. В переписных книгах XVII–XVIII веков такие фамилии встречаются единично, чаще в записях о крестьянках и вдовах, когда фиксировали «вдова Роговна» или «девка Роговнина». Позже фамилия закрепилась за потомками по мужской линии, но сохранила свой «матрилинейный» след.

Географически Роговнина привязана к Вологодской, Костромской и Архангельской областям. В современных справочниках она остаётся редкой — на всю Россию не больше нескольких сотен носителей. Это значит, что все Роговнины, скорее всего, происходят из одного небольшого ареала и связаны дальним родством. Поиск по архивным записям этих губерний может дать точную точку выхода фамилии — конкретную деревню или погост.

Никаких знаменитых носителей в истории не зафиксировано, что для такой фамилии естественно: она не попала в дворянские родословные книги. Но именно эта «неизвестность» делает её ценной для семейного исследователя — почти каждый документ по Роговниным будет прямым свидетельством жизни конкретных людей, а не повторением биографий известных однофамильцев.