Фамилия Рыббинских стоит в ряду так называемых «полуфамилий» на -ских, которые в центральной России чаще всего закреплялись за потомками польской или западнорусской шляхты, а также за духовенством. Но в данном случае перед нами не типичная семинарская фамилия вроде Преображенского, а скорее прозвищная, переоформленная по польской модели. Основа здесь — не географическое название, а прозвище Рыбба или Рыббин. Суффикс -ин- указывает на принадлежность: «Рыббин» — это «сын Рыббы» или «человек Рыббы». А окончание -ских (точнее, -ских — форма родительного падежа множественного числа в русской передаче) закрепилось, когда фамилию записывали в документах как «Рыббинских», то есть «из дома Рыббинских».

Прозвище Рыбба — редкое. Скорее всего, это не прямая отсылка к рыбе, а диалектное или искажённое произношение. В северных и сибирских говорах «рыбба» с удвоенной «б» могло означать не просто рыбу, а нечто крупное, неуклюжее или, наоборот, скользкое, увёртливое. Второй вариант: прозвище могли дать человеку, который постоянно ловил рыбу, торговал ею или жил у рыбного места, но тогда ожидалась бы форма Рыбников или Рыбаков. Удвоение «б» здесь ключевое — оно наводит на мысль, что основа не от «рыба», а от личного имени или иноязычного корня. Например, в немецком Rippe — «ребро», а Ribbe — фамилия, которая могла попасть в Россию с колонистами.

Географически фамилия Рыббинских привязана к югу России и Украине. В дореволюционных метрических книгах она встречается в Харьковской, Екатеринославской губерниях и в Области Войска Донского. Это регионы, где смешивались украинские, русские и польские фамильные модели. Носители Рыббинских в XIX веке — в основном мещане и казаки, реже крестьяне. Дворянского происхождения у фамилии нет, что подтверждается отсутствием в родословных книгах.

Таким образом, Рыббинских — это фамилия-гибрид: прозвищная основа с неочевидной этимологией, «отчество» на -ин и патронимический суффикс -ских, который в русской среде воспринимался как признак «благородного» звучания. Предки первого носителя, скорее всего, были людьми незнатными, но грамотными — возможно, казачьими старшинами или сельскими писарями, которые сами выбрали себе такую форму записи при переписях.