Фамилия Садовниковы образована от прозвища Садовник, которое относится к группе «профессиональных» именований, указывающих на род занятий предка. Садовником в старину называли не любого огородника, а человека, который разводил сады — плодовые или декоративные, — и умел за ними ухаживать. В усадьбах и при монастырях садовники состояли на службе, и именно такая должность чаще всего становилась источником прозвища. Но не менее вероятно, что прозвище закрепилось за крестьянином, у которого был собственный сад, — в деревнях это занятие выделяло человека среди соседей.

Потомки человека с прозвищем Садовник получали отчество-притяжательное «Садовников сын», которое со временем застыло в фамилию. Модель образования простая и типичная для русского ономастикона: суффикс -ов присоединялся к основе, оканчивающейся на согласный, и отвечал на вопрос «чей?». Так же появились Кузнецовы, Плотниковы, Бортниковы — все они указывают на ремесло или занятие родоначальника. В этом ряду Садовниковы стоят особняком: если кузнец или плотник были фигурами почти в каждом селе, то садовник — занятие более редкое и требовавшее особых знаний.

Интересно, что в некоторых говорах слово «садовник» имело и переносное значение — так могли назвать человека, который любит всё насаждать, хлопотать по хозяйству, или, напротив, того, кто торгует садовыми плодами. Поэтому не исключено, что часть Садовниковых получила фамилию не от службы в усадьбе, а от житейской черты предка. Впрочем, основная версия — профессиональная, и она выглядит убедительнее: прозвища по занятиям были устойчивы и легко передавались детям.

Точное место и время возникновения фамилии определить сложно: процесс становления русских фамилий растянулся на несколько столетий, с XV по XVII век, и шёл неравномерно. Сначала фамилии закрепились у знати и служилых людей, потом у горожан, и лишь к XIX веку — у большинства крестьян. Садовниковы могли появиться в разных регионах независимо друг от друга: в подмосковных вотчинах, в поволжских сёлах, на севере, где при монастырях существовали знаменитые сады. Поэтому фамилия встречается повсеместно, но особенно часто — в центральной России.

Сама фамилия — памятник славянской письменности и культуры: она сохранила слово, которое сегодня почти вышло из живого употребления. Мы говорим «садовод», а «садовник» звучит архаично, хотя ещё в XIX веке было обычным. Так фамилия, сама того не желая, законсервировала старинное название профессии и напоминает нам о людях, чьим трудом создавались русские усадебные парки и яблоневые сады.