Фамилия Самороковы хранит память о прозвище дальнего предка, и чтобы добраться до его смысла, нужно сделать небольшой исторический крюк через народную речь. Дело в том, что Самороковы — это, как правило, вариант более древнего написания Сумороковы. Такая замена гласной «у» на «а» — типичное явление для русских говоров, где звучание слова могло искажаться под влиянием местного выговора или при переписи документов писцами, слышавшими имя по-своему.

В основе обеих форм лежит прозвище Суморок, а оно, в свою очередь, связано со словом «сумрак». Наиболее логичное объяснение: так могли назвать ребёнка, родившегося поздно вечером, в сумерках, когда день уже угас. Наши предки часто давали имена по обстоятельствам появления на свет, поэтому версия с новорождённым выглядит самой убедительной. Но прозвище могло прилипнуть и ко взрослому человеку — угрюмому, нелюдимому, вечно хмурому, словно бы живущему в постоянной тени. Согласитесь, образ точный и почти художественный: суморочный человек — тот, кто и при свете дня выглядит пасмурно.

Суффикс «-ов» в фамилии указывает на притяжательность: Самороков буквально означает «сын Суморока», то есть потомок того самого человека с прозвищем. Такая модель образования фамилий была самой распространённой в славянской среде, особенно среди крестьянства и служилых людей, начиная с XVI–XVII веков. При этом важно понимать: фамилия не закреплялась за одним родом мгновенно. Один и тот же человек мог фигурировать в документах и как Сумороков, и как Самороков, а его дети и внуки уже выбирали (или получали от писарей) один из вариантов, который в итоге и закреплялся.

Интересно, что однокоренные фамилии — Сумерков, Сумороков, Самороков — встречаются в разных регионах России, что говорит о широкой географии прозвища. Оно не было привязано к одной местности, а возникало независимо там, где люди говорили о сумерках и сумороке. Поэтому точное место рождения конкретной ветви Самороковых можно установить только через кропотливую работу с архивными метрическими книгами и ревизскими сказками — без этого любые утверждения о географии останутся лишь догадками.

Сама по себе фамилия Самороковы — живой свидетель того, как народная поэзия и бытовая наблюдательность превращались в родовые имена. Она не про знатное происхождение и не про громкие титулы, а про простого человека, которого окрестили по времени суток или по характеру. И в этом её особая ценность: за ней стоит не абстрактная генеалогия, а конкретный образ предка, хмурого или рождённого в сумерках, — образ, который мы можем легко представить и сегодня.