Фамилия Сатушкин образована от мирского имени Сатушка, которое звучит необычно для современного уха, но имело вполне конкретный смысл в старину. Это уменьшительная форма от имени Сатана, и здесь мы встречаемся с древней традицией «охранительных» имен. Наши предки верили, что злые духи не тронут ребенка, которого назвали в честь нечистой силы, — считалось, что такая хитрость убережет младенца от сглаза и болезней. Надеясь вырастить красивого и здорового мальчика, родители нарекали его Сатушкой, и это имя должно было стать для него своего рода оберегом.

Словообразовательная модель проста: к основе Сатуш- добавился типичный русский суффикс принадлежности -ин, указывающий на родство. Первоначально Сатушкин означало «сын Сатушки», то есть потомок человека с таким именем. Со временем патронимическая форма закрепилась как родовое прозвание и перешла в разряд фамилий.

Важно понимать, что имя Сатана в народной среде не несло того однозначно отрицательного смысла, который вкладывает в это слово церковная традиция. В бытовой лексике оно могло использоваться и как шутливое прозвище для бойкого, озорного или хитрого человека. Поэтому не исключено, что в некоторых случаях Сатушкой называли не по обряду, а по характеру — например, за шаловливый нрав или сметливость. Однако версия с охранительным именем выглядит более убедительной, поскольку такие имена были широко распространены в крестьянской среде вплоть до XVII–XVIII веков.

Сама фамилия Сатушкин — редкая. Она не встречается в крупных исторических документах и родословных книгах, что типично для фамилий, возникших в глубинке и не связанных с дворянскими родами. Носители такой фамилии, скорее всего, происходят из простых крестьян или посадских людей, живших на севере России или в центральных губерниях, где охранительные имена держались дольше всего.

Интересно, что однокоренных фамилий почти нет: можно встретить разве что Сатанин или Сатановский, но они восходят к церковнославянской форме имени, тогда как Сатушкин — чисто народный, ласкательный вариант. Это делает фамилию особенно ценной для тех, кто изучает историю русских нецерковных имен: она сохранила ту форму, которая в письменных источниках почти не фиксировалась, но бытовала в живой речи.