Фамилия Седякина образована от прозвища Седяка, которое восходит к прилагательному «седой». Как правило, седыми называли людей, волосы которых побелели от старости, болезни или горя. Таким образом, прозвище Седяка мог получить не только старик, но и человек со светлыми волосами. Потомок человека, обладающего прозвищем Седяка, со временем получил фамилию Седякина.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: прозвище Седяка — это ласкательная или уменьшительная форма, которую на Руси часто использовали для именования человека в быту. Суффикс -як- в данном случае не столько уменьшал, сколько «своячил» имя, делал его обиходным. Подобные формы встречаются и в других фамилиях: от «белый» — Беляк, от «чёрный» — Черняк. Седяка, соответственно, — тот, кого отличала седина или очень светлые, почти белые волосы. В этом ряду фамилия Седякина стоит ближе к прозвищным, а не к крестильным именам, и это важно: она говорит не о святом покровителе, а о внешности конкретного предка.

Притяжательный суффикс -ин указывает на принадлежность: Седякина — буквально «дочь или жена Седяки». В старину такие формы закреплялись за детьми: сын Седяки становился Седякиным, а его дочь или вдова в документах могла писаться Седякиной. Со временем эта форма застыла в качестве родового имени и передавалась уже по мужской линии, но в женском варианте сохранила древний облик.

Интересно, что прозвище Седяка не обязательно указывало на глубокую старость. В крестьянской среде седина могла появиться рано — от непосильной работы, постоянного пребывания на ветру и солнце или перенесённой болезни. Поэтому носитель прозвища мог быть и молодым мужчиной, чьи волосы поседели прежде времени. Это добавляет фамилии человечности: за ней стоит не абстрактный «старик», а конкретная история человека, которого окружающие выделили по яркой примете.

Встречается и вариант написания с одной «к» — Седякин, но форма Седякина с удвоенной согласной встречается реже и может отражать диалектное произношение или особенность записи в церковных метриках. В целом фамилия остаётся редкой и не частотной, что типично для прозвищных образований, не связанных с массовыми крестильными именами.