Фамилию Семерьянова стоит разбирать через призму её редкости и неочевидного корня. В отличие от распространённых фамилий на -ов/-ев, здесь мы видим суффикс -ьян-, который сразу выдаёт нерусское, скорее всего, тюркское или иранское влияние. Основа «Семер» или «Семерьян» не связана с числом «семь» (для этого была бы форма Семериков или Семеркин). Наиболее правдоподобная версия — происхождение от мужского личного имени Семерьян, которое, в свою очередь, является народной формой церковного имени Серафим. В русских говорах имена часто перекраивались на свой лад: Серафим превращался в Семерьяна, а отчество от него — в фамилию. Такой переход (р в м) встречается в диалектах, особенно на юге России.

Менее вероятно, но не исключено, что в основе лежит тюркское слово «семер» — так в некоторых диалектах называли смуглого или черноволосого человека. Однако это объяснение слабее, потому что фамилия с таким суффиксом легче выводится из имени, чем из прозвища. Кроме того, в документах XVII–XVIII веков встречаются крестьяне и однодворцы Семерьяновы именно в южнорусских губерниях — Курской, Воронежской, Тамбовской. Там же была сильна традиция переделывать канонические имена в просторечные формы.

Географическая привязка — ключ к пониманию. Фамилия почти не встречается за Уралом и в северных областях. Её ареал — чернозёмная полоса, где оседали служилые люди и крестьяне из Речи Посполитой и южных земель. Суффикс -ьян- в русских фамилиях редок; он чаще встречается у армян (как -ян), но в данном случае это не этнический маркер, а результат адаптации имени. Если сравнивать с однокоренными, то Семериков, Семеркин и Семерьянов — это разные пути от одного источника: Семера (от Серафим) или Семёрка (от числа). Семерьянов стоит особняком именно из-за этого нестандартного суффикса, который делал фамилию более «длинной» и отличительной в деревне.

Таким образом, предки носителей фамилии Семерьянова — скорее всего, крестьяне или однодворцы южных губерний России, чей родоначальник в быту звался Семерьян (Серафим). Фамилия не дворянская, не купеческая, а народная, сформировавшаяся в среде, где церковные имена перекраивались под местный говор.