Фамилия Семынин звучит так, будто за ней прячется что-то простое и понятное, но при ближайшем рассмотрении она распадается на несколько версий, каждая из которых по-своему интересна. Если отбросить сомнения, то ядро фамилии — личное имя или прозвище Семыня, от которого через типичный русский суффикс принадлежности -ин и образовалась фамилия. Суффикс этот указывает на прямого предка: Семынин буквально значит «сын Семыни», и это самый распространённый способ создания русских фамилий от имён и прозвищ.

Самая логичная и частая трактовка связывает имя Семыня с числом семь. В старину называть ребёнка по порядковому номеру его появления на свет было обычным делом, поэтому Семыней могли назвать седьмого сына или дочь. Но здесь есть нюанс: в народном сознании семь — не просто цифра, а символ удачи, полноты и даже некоего божественного порядка. Родители, давая такое имя, могли не столько считать детей, сколько желать малышу счастливой судьбы, вкладывая в имя пожелание жить в достатке и ладу. Эта версия выглядит убедительной, потому что объясняет и форму имени, и его смысловую нагрузку без привлечения внешних факторов.

Вторая версия отводит Семыне роль просторечной, уменьшительной формы хорошо известного имени Семён. Оно пришло из древнееврейского языка и означает «услышанный Богом в молитве». Если следовать этой логике, то Семыня — это ласковое домашнее прозвище, которое закрепилось за человеком и пережило его официальное имя. Такое случалось сплошь и рядом: в быту человека звали Семыней, а в церковных книгах он числился Семёном. Со временем именно уличное прозвище легло в основу фамилии, что делает эту версию вполне реалистичной, хотя и менее оригинальной, чем первая.

Есть и третья, самая редкая и географически привязанная гипотеза, которую стоит упомянуть, чтобы не обеднять картину. Согласно ей, Семыня — это не имя, а прозвище человека, имевшего отношение к древнерусскому городу Семынь (в летописях он также встречается как Семыч). Город этот упоминается в документах 1152 года и считается одним из самых ранних русских поселений. Предположительно, он стоял на реке Семынь, левом притоке реки Поведь на северо-западе современной Тверской области. Название реки, вероятно, досталось от какого-то финно-угорского племени, жившего здесь до славян, — в языке коми, например, есть похожее слово «сöмын», означающее «только». В таком случае Семыней прозвали выходца из этих мест, и фамилия стала указанием на его малую родину.

Что из этого ближе к истине? Скорее всего, фамилия всё же пошла от личного имени или прозвища, а не от названия города, — слишком уж много на Руси было Семёнов и их производных. Но и полностью сбрасывать со счетов топонимическую версию не стоит: она объясняет, почему имя могло возникнуть независимо от христианской традиции. В любом случае, потомок человека по имени или прозвищу Семыня со временем стал носить фамилию Семынин, и сегодня она хранит память о том, как в старину звали и величали людей в повседневной жизни.