Фамилия Шибенюк — один из тех примеров, где за основой стоит не христианское имя, а живое народное прозвище, причём не самое лестное. В её основе лежит древнерусский глагол «шибити» — бить, ударять, хлестать, а также «кидать, швырять». Отсюда же пошли слова «шибеник» (в ряде говоров — озорник, буян) и «шибеница» (виселица). Поэтому первая и самая прямая версия: Шибенюк — потомок человека, которого за буйный нрав или склонность к дракам прозвали Шибеник. Прозвище могли дать и тому, кто работал палачом, или просто человеку с резкими, «бьющими» манерами.

Вторая версия, менее очевидная, но тоже имеющая право на жизнь, отсылает к украинскому и польскому контексту. В этих языках «шибеник» могло означать «повеса», «сорванец» или «баловник» — то есть не злодей, а скорее непослушный шалун. Учитывая, что суффикс -юк типичен для западноукраинских и белорусских фамилий (как и -ук, -чук), Шибенюк — это «сын Шибеника» или «маленький Шибеник». Такая модель образования («прозвище отца + суффикс») была массовой в XV–XVII веках на землях современной Западной Украины и юго-востока Польши.

Обратите внимание на редкость суффикса. Фамилии на -нюк встречаются реже, чем на -чук или -ук, что делает Шибенюка более локальным вариантом. Скорее всего, фамилия закрепилась в одном из регионов Волыни, Галичины или Полесья. В России она практически не встречается в старых переписях, а её носители — это потомки выходцев с запада Российской империи или переселенцы XX века.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Шибенков (русская версия с суффиксом -ов) встречается чаще и понятнее для великорусского уха. Шибенюк же сохранил более архаичную, «прозвищную» форму без огласовки и адаптации под московскую бюрократию. Это фамилия, которая не прошла через канцелярскую унификацию, а осталась в том виде, в каком её записал местный писарь, услышав от соседей: «Чей ты? — Шибенюков, то есть из рода Шибеника».

Никаких документированных «дворянских» корней у фамилии нет. Это однозначно крестьянская или мещанская фамилия, образованная от прозвища, которое, скорее всего, не льстило самолюбию предка. Но именно такие фамилии — самые живые: они рассказывают не о родословной книге, а о том, как человека называли в своей среде.