Фамилия Шипицова образована от мужского варианта Шипицов, и её разбор стоит начать с суффикса, который сразу указывает на географию и социальный слой. Суффикс -ов (-ев) — самый распространённый в русских фамилиях, он типичен для центральных и северных регионов России и чаще всего принадлежал крестьянам, мещанам или духовенству, но не дворянству, которое предпочитало -ский. Основа фамилии — прозвище Шипец, и здесь открывается простор для версий.

Первое, что приходит на ум, — связь с глаголом «шипеть». Прозвище Шипец могли дать человеку с сиплым, свистящим голосом или вспыльчивому, «шипящему» от злости. В русских говорах слово «шипец» также означало колючку, шип на растении — так могли прозвать колючего, неуживчивого человека. Менее очевидная, но правдоподобная версия отсылает к ремеслу: в некоторых диалектах «шипец» — это инструмент для шитья или сапожное шило. Тогда предок Шипицовых мог быть сапожником или портным, чьё прозвище закрепилось за потомками.

В пользу ремесленной версии говорит и то, что в писцовых книгах XVI–XVII веков встречаются прозвища от названий инструментов: Топор, Молот, Шило. Фамилии вроде Шипилов, Шипицын, Шипов — однокоренные, и все они уходят в одну семантическую область: острое, колющее, шипящее. Шипицова — женская форма, то есть фамилия жены или дочери Шипицова, что в быту в деревнях часто означало «из семьи Шипицовых».

Географически фамилия не массовая, но встречается в центральных областях России, особенно в Тверской, Ярославской и Костромской губерниях, где суффикс -ов доминировал. В этих краях слово «шипец» в значении «колючка» или «репейник» было в ходу, что подкрепляет прозвищную версию. Точных данных о сословной принадлежности нет, но модель образования и регион бытования указывают на крестьянское или посадское происхождение. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано.

Итог: Шипицова — фамилия, которая скорее всего возникла из прозвища по характеру (колючий, раздражительный) или по ремеслу (сапожник, портной). Второй вариант выглядит чуть убедительнее, потому что прозвища от инструментов реже переосмысливались и точнее привязывали человека к его занятию.