Фамилия Шпартова — женская форма фамилии Шпартов, и её происхождение напрямую связано с прозвищем или ремеслом. Основа фамилии — слово «шпарт» или «шпарта». В русских говорах, особенно на юге и западе, так называли бечёвку, шнур, верёвку, которой что-то стягивали или обматывали. В некоторых диалектах «шпарт» — это ещё и плотная тесьма или ремешок. Таким образом, Шпартов — это, скорее всего, человек, который либо делал такие верёвки и шнуры (ремесленник-шпагатник), либо носил прозвище по внешней детали одежды: например, того, кто всегда подпоясан тугим шпартом.

Модель образования здесь простейшая: суффикс -ов, указывающий на принадлежность. Шпартов — сын или потомок Шпарта. Такие фамилии от прозвищ по ремеслу или предмету быта типичны для крестьянской и мещанской среды. В отличие от фамилий на -ский, которые часто выдавали дворянское или церковное происхождение, Шпартов — фамилия «низовая», бытовая, из народной речи.

Интересно, что в некоторых регионах слово «шпарт» могло приобрести переносное значение — так могли назвать тощего, жилистого человека («сухой, как шпарт»), либо, наоборот, скупого, который «жмётся, как верёвка». Какая из версий точнее — сказать сложно, но версия с ремеслом выглядит надёжнее: фамилий, образованных от названий верёвок и шнуров, в России немного, и почти все они (Шпагатов, Шнуров, Бечёвкин) указывают на конкретное занятие предка.

Географически фамилия Шпартов (и Шпартова) встречается нечасто. Она тяготеет к южнорусским областям (Курская, Воронежская, Ростовская) и к регионам, где были сильны украинские говоры. В украинском языке «шпарта» — тоже верёвка, но с оттенком «шпагат», «бечёвка для упаковки». Так что предки современных Шпартовых могли быть и малороссийскими крестьянами, занимавшимися плетением или торговлей верёвочным товаром.

В написании фамилии есть одна особенность: ударение, скорее всего, падает на последний слог — Шпарто́ва, хотя в некоторых семьях произносят Шпа́ртова. Это не ошибка, а следствие местного говора: в одних диалектах ударение в фамилиях на -ов тяготеет к окончанию, в других — к корню. Оба варианта исторически допустимы, хотя словарная норма закрепила бы ударение на последнем слоге как более частое.