Фамилия Шулигин — классический пример русского «патронимического» образования на -ин. Она происходит от личного имени или прозвища Шулига. Если у вас эта фамилия, то ваш предок по прямой мужской линии, скорее всего, был человеком с прозвищем Шулига, а его дети и внуки стали Шулигиными.

Корень «шул-» в русских говорах многозначен, и здесь есть пространство для версий. Самая распространённая и логичная связывает прозвище Шулига со словом «шулить» — в диалектах это значит «хитрить, плутовать, мошенничать». Соответственно, Шулигой могли назвать ловкача, проныру или нечистого на руку человека. Однако у прозвища могла быть и другая, вполне бытовая, основа. В некоторых областях «шулига» — это название косаря, а ещё — мотка пряжи. В этом случае фамилия могла возникнуть по роду занятий (ткач, прядильщик) или по характерному предмету в хозяйстве.

Менее вероятна, но всё же обсуждаема версия о связи с тюркскими языками, где похожие корни означают «разбойник» или «бродяга». Учитывая, что фамилия распространена в центральных и северных регионах России (особенно в Вологодской, Архангельской областях), версия с чисто русским диалектным словом «шульга» (левша) или «шулить» (хитрить) выглядит убедительнее. В словаре русских фамилий Б. Унбегауна Шулигин прямо отнесён к группе фамилий, образованных от прозвищ, связанных с отрицательными чертами характера, что подтверждает первую гипотезу.

Интересная деталь: суффикс -ин указывает на принадлежность. Если бы прозвище звучало как Шулига, то «Шулигин» буквально значит «сын Шулиги». Это одна из древнейших моделей русских фамилий, характерная для слов, оканчивающихся на -а, -я. В отличие от фамилий на -ов (от основ на твёрдый согласный), эта модель подчёркивает, что прозвище было именно личным, а не отчеством от крестильного имени. Так что ваш предок был не Иванов сын, а именно Шулигин сын — прозвище закрепилось за родом.

Сословного барьера у фамилии не было: Шулигины встречаются и среди крестьян, и среди мещан, и в духовенстве. Известны случаи, когда фамилию давали в семинариях по месту рождения или по внешним признакам, но для Шулигина это скорее исключение — основа слишком прозрачна и бытовала в народе задолго до церковных списков.