Фамилия Шуряева — одна из тех, где внешняя простота обманчива. На первый взгляд кажется, что в основе лежит слово «шурин» (брат жены), но суффикс и историческая фонетика заставляют присмотреться внимательнее.

Самый очевидный путь — от прозвища или имени Шуряй. В русских говорах «шуряй» нередко означало того же шурина, но в уменьшительно-пренебрежительной форме. Однако есть и другая версия: в некоторых диалектах «шурять» значило «шарить, рыться, ворошить», а «шуряй» — неспокойный, суетливый человек. То есть прозвище могло характеризовать не родство, а поведение. Суффикс -ев указывает на принадлежность: «чей?» — Шуряев, то есть сын или потомок Шуряя.

Модель образования фамилии — типичная для северных и центральных регионов России, где суффикс -ев присоединялся к основам на мягкий согласный. В южных и западных областях чаще встречался бы вариант Шуряенко или Шуряйчук, но Шуряева — это именно великорусская, «московская» форма.

Стоит учесть, что фамилия редкая. В переписных книгах XVII–XVIII веков она почти не встречается, что говорит о позднем оформлении или локальном бытовании. Возможно, предки носителей жили в одном уезде и не расселялись широко, поэтому фамилия не «размножилась» по всей стране.

Если отталкиваться от версии с шурином, то предок Шуряевых мог быть свойственником, пришлым зятем, которого в деревне так и прозвали — Шуряй, то есть «шурин». Если же от глагола «шурять» — то перед нами прозвище непоседы или человека, который постоянно что-то ищет, копается в вещах. Оба варианта правдоподобны, но второй реже встречается в ономастике, а потому интереснее.