Фамилия Симуськов звучит необычно, и первое, что приходит на ум, — это уменьшительная форма какого-то имени. Так оно и есть: в основе лежит народная форма Симусик, которую в старину использовали как ласковое обращение к человеку по имени Симон. Само имя древнееврейского происхождения и переводится как «внимающий». В православной традиции этот святой известен как Симон Кананит, или Зилот, что означает «ревнитель» — прозвище, подчеркивающее его ревность о вере.

Менее правдоподобная версия возводит основу к имени Симеон. В переводе с древнееврейского оно означает «услышанный Богом в молитве». Самый известный носитель этого имени — праведный Симеон Богоприимец, который, по преданию, встретил Богомладенца в Иерусалимском храме, взял Его на руки и произнес: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко!» Однако для фамилии Симуськов версия с Симоном выглядит предпочтительнее: форма Симусик естественнее образуется именно от него, тогда как от Симеона чаще возникали Сима, Сёма и производные вроде Симин или Семёнов.

Словообразовательная модель проста и типична для русских фамилий. Сначала от крестильного имени появилось домашнее прозвище Симусик — так могли звать ребенка или взрослого в кругу семьи. Затем от этого прозвища по стандартной схеме образовали притяжательное прилагательное: Симуськов означает «сын Симусика», то есть потомок человека, носившего такое прозвище. Суффикс -ов здесь указывает на принадлежность, и фамилия закрепилась за детьми и внуками.

Славяне верили, что имя святого, данное при крещении, создает незримую связь между человеком и его небесным покровителем. Считалось, что жизнь такого ребенка будет светлой, а трудности он станет преодолевать легче. Поэтому выбор имени был делом серьезным, а его уменьшительные формы — вроде Симусика — отражали тепло домашнего обихода, не отменяя церковного имени.

Фамилия Симуськов встречается редко, что неудивительно: она сохранила след народной речи, которая почти не проникала в официальные документы. Сегодня ее носители могут встретиться в разных регионах России, но единого «родового гнезда» не прослеживается. Это типичная крестьянская или мещанская фамилия, возникшая в среде, где прозвища передавались естественно, без канцелярской строгости.