Фамилия Скандакова звучит неожиданно и даже вызывающе, но за ней стоит не скандальный характер, а пляска или стихотворный ритм. Вопреки интуитивному сближению с бытовым словом «скандал», основа здесь иная — прозвище Скандак. Владимир Даль в «Толковом словаре живого великорусского языка» фиксирует это слово как термин народной мужской пляски: один из приемов выступки, когда бьют пяткой в землю, а носок направляют вверх. Если держаться этой версии, прозвище Скандак относится к «профессиональным» именованиям: так могли прозвать искусного танцора, чья манера плясать бросалась в глаза и запоминалась окружающим.

Есть и вторая гипотеза, более редкая, но тоже имеющая право на существование. Она связывает прозвище с глаголом «скандовать» — отчетливо выделять при произнесении составные части стиха ударением и интонацией. В таком случае Скандаком могли называть талантливого поэта или оратора, умевшего владеть голосом и ритмом. Какая из версий правдоподобнее? Первая выглядит убедительнее: плясовое значение у Даля зафиксировано как самостоятельное и конкретное, тогда как «скандовать» — глагол более книжный, вряд ли он породил бы обиходное прозвище в крестьянской среде. Но полностью исключать вторую нельзя, тем более что обе версии объединяет одна идея — заметное умение, мастерство, которое выделяло человека среди других.

Суффикс -ова в фамилии указывает на принадлежность потомку: Скандакова — это «дочь или жена Скандака», а изначальная мужская форма Скандаков строится по самой распространенной русской модели притяжательных фамилий. Прозвище закрепилось за основателем рода как наиболее употребительное именование, а со временем, когда фамилии начали передаваться по наследству, легло в основу семейного имени. Так потомок человека по прозвищу Скандак получил фамилию Скандакова.

Интересно, что фамилия эта редкая и встречается точечно, без выраженного гнезда в каком-то одном регионе. Однокоренных фамилий — Скандаков, Скандаковский — мало, и это делает каждое упоминание Скандаковых ценным для семейной истории. В отличие от частотных фамилий, образованных от крестильных имен или названий профессий, Скандакова сохранила память о яркой индивидуальной черте предка: либо он лихо отбивал дробь в пляске, либо умел так прочитать стихи, что слушатели запоминали его надолго.