Фамилия Скарыно звучит необычно для русского уха, и это не случайно. Скорее всего, она имеет белорусские или польские корни, что выдает суффикс -ын-/-ин-. В русском языке фамилии на -ыно встречаются редко, но в восточнославянской ономастике, особенно белорусской, такая модель образования от прозвищ и имен на -ыня вполне привычна. Основа «Скар-» в данном случае не связана с «скарбом» (имуществом), хотя такое предположение напрашивается. Если бы фамилия происходила от слова «скарб», она скорее выглядела бы как Скарбов или Скарбович.

Более правдоподобная версия отсылает к диалектному глаголу «скарыть» или «скарыться» — в некоторых говорах это означало «жадничать», «скупиться» или, наоборот, «беречь, копить». Прозвище Скарына могли дать человеку прижимистому, расчетливому. В белорусском языке есть слово «скарына» — «корка (хлеба)», «краюха». Так могли назвать того, кто любил хлебную корку, либо, в переносном смысле, человека «черствого», сухого. Нельзя исключать и связь с польским «skara» — «кара», «наказание», но это менее вероятно для фамилии, бытующей на восточнославянской территории.

Словообразовательная модель проста: прозвище Скарына (с окончанием -а, типичным для белорусских прозвищ) + притяжательный суффикс -ин (в белорусском часто -ын), который давал ответ на вопрос «чей?» — «сын Скарыны». Со временем фамилия закрепилась в форме Скарыно, где конечное -о может быть результатом аканья или украинского влияния. Встречаются и варианты написания: Скорино, Скарино. Самая известная историческая параллель — фамилия Франциска Скорины, белорусского первопечатника. Его фамилия, вероятно, того же корня: от «скарына» (корка) или от «скорына» (скорняк, кожевник). Так что Скарыно — фамилия редкая, но с глубокой региональной привязкой к западнорусским землям, где прозвища часто отражали бытовые черты характера или привычки.