Фамилия Скокло — редкий пример того, как простое прозвище, минуя стандартные суффиксы, закрепилось в наследственном имени в почти неизменном виде. Вопреки распространённой модели образования русских фамилий через -ов или -ин, здесь мы видим усечённую форму, что сразу выделяет её из ряда однокоренных Скоков, Скоковских или Скакунов.

Основа фамилии — древнерусское прозвище Скок, которое восходит к глаголу «скакать». В диалектах и старой речи это слово имело два оттенка: либо резвый, подвижный ребёнок, который не ходит, а прыгает, либо взрослый человек с лёгким, быстрым нравом. Существительное «скакун» в том же значении «прыгун, непоседа» также могло лежать в основе прозвища, но форма «Скок» короче и, судя по всему, древнее.

Словообразовательная модель здесь необычна. Если фамилии типа Скоков отвечают на вопрос «чей сын?», то Скокло — это, вероятно, результат застывшей формы с экспрессивным суффиксом -л-, который в русских прозвищах придавал оттенок действия или качества (сравните: сопел, гремел, свистел). Иными словами, Скокло могло означать «тот, кто скачет», «скакун» в личной, почти глагольной форме. Такое прозвище легче представить в живой речи, чем в официальной переписи: его могли дать в семье или на селе, а позже оно вытеснило крестильное имя и в документах.

Позже прозвище Скок, изначально присоединённое к наследственному имени, полностью заменило его как в повседневной жизни, так и в официальных документах. Это типичная история для северных и сибирских говоров, где усечённые формы фамилий встречались чаще, чем в центральных губерниях. Впрочем, без архивных записей утверждать точную географию сложно: фамилия редкая, и в современных справочниках она не связана с конкретным уездом или сословием.

Стоит заметить, что версия о происхождении от слова «скакун» правдоподобнее, чем попытки связать фамилию с украинским или польским «скло» (стекло) — такое сближение ономастика не подтверждает, поскольку в основе лежит именно глагольная форма, а не предметное имя. Таким образом, перед нами фамилия-характеристика: её носители получили её за живой темперамент и непоседливость предка, чьё прозвище оказалось настолько цепким, что пережило века без изменений.