Фамилия Скробан — редкий случай, когда прозвище перешло в фамилию почти без изменений, минуя типичные русские суффиксы вроде -ов или -ин. Её основа — глагол «скрести» или «скроботать» (диалектный вариант того же корня). В говорах северо-запада и центра России «скробан» или «скробун» означало скрягу, прижимистого человека, который «скребёт» каждую копейку. Реже — того, кто постоянно скребёт, например, скребком на кухне или в хозяйстве.

В отличие от большинства русских фамилий, которые оформлялись суффиксами принадлежности («чей?» — Петров, Иванов), Скробан сохранила форму чистого прозвища в именительном падеже. Такая модель характерна для украинской и белорусской традиции, а также для некоторых русских регионов, где прозвища фиксировались без переделки. Поэтому фамилия может указывать на западнорусские или малороссийские корни носителя.

Словообразовательный ряд здесь короткий: корень «скроб-» (чередование с «скреб-»), суффикс -ан, образующий существительные со значением лица по действию (ср. «грубиян», «буян»). Ономастические словари (например, работы Б. Унбегауна по русским фамилиям) относят подобные формы к прозвищным, нередко с отрицательной или ироничной окраской.

Встречаемость фамилии низкая. Основные очаги — Брянская, Смоленская области, а также восток Беларуси. В переписных книгах XVII–XVIII веков такие прозвища могли давать крестьянам или посадским людям за характер: скуповатый, дотошный в хозяйстве или, наоборот, тот, кто постоянно «скребёт» — чистит, строгает. Вторая, менее вероятная версия — связь с польским «skrobac» (скрести, царапать) или «skrobanka» (яичница-болтунья), но в русском контексте она уступает бытовому прозвищу.

Таким образом, предки носителей фамилии Скробан — скорее всего, люди с заметной чертой характера или профессией, связанной с обработкой поверхностей, но точнее сказать сложно из-за редкости документальных упоминаний.