Фамилия Смутов — редкий пример, когда прозвище, лёгшее в основу, сохранилось почти без изменений, а не превратилось в более привычную форму. Корень здесь — «смут-», напрямую связанный с древнерусским словом «смута»: раздор, мятеж, беспорядок, а также тревога или волнение. В словаре Владимира Даля зафиксировано и прилагательное «смутный» — неясный, сумбурный, печальный. Однако называть человека Смутом в XVI–XVII веках могли не за склонность к бунтам, а за внешность или характер: хмурый взгляд, неспокойный нрав, склонность к унынию.

Суффикс «-ов» в фамилии Смутов указывает на стандартную модель русских фамилий, образованных от прозвищ или имён, оканчивающихся на твёрдый согласный. Это отчество второго порядка: «Смутов» значит «сын Смута», то есть сын человека, которого в округе знали по прозвищу Смут. Подобные фамилии массово закрепились в центральных и северных губерниях России после отмены крепостного права, когда крестьянам требовалась официальная фамилия для документов.

Интересно, что фамилия Смутов не встречается в боярских списках и дворянских родословных — это однозначно крестьянская или мещанская фамилия. Её носители, скорее всего, жили в районах, где прозвища давали по внутренним качествам, а не по ремеслу. В современных телефонных справочниках и базах данных Смутовых немного, и они сконцентрированы в основном в Поволжье и на Урале — регионах, куда в XVII–XVIII веках ссылали «смутьянов» и участников бунтов. Возможно, предок носителя фамилии и был тем самым смутьяном, но прозвище закрепилось уже в спокойные времена за его потомками как фамильная метка.

Однокоренные фамилии — Смутин, Смутнев, Смутьянов — встречаются ещё реже. Смутов стоит особняком: в ней нет суффикса «-ин», типичного для прозвищ на «-а», и нет нарочитой экспрессии, как у Смутьянова. Это лаконичная, «сухая» форма, которая говорит о том, что прозвище Смут было именно прозвищем, а не уменьшительным от имени.