Фамилия Соронин — один из тех случаев, где основа настолько прозрачна, что сразу же рождает ложное ощущение понятности. Большинство носителей уверены: их предок был портным, шил рубахи (сорочки). Но если копнуть глубже, выясняется, что это лишь одна из двух, причем не самая вероятная, версий.

Модель образования типична для центральной России: суффикс -ин указывает на принадлежность «чей?» — сын или потомок человека, которого звали Сороня. Это краткая форма от полного имени, и вот тут начинается самое интересное. Сороня могло быть разговорным вариантом от крестильного имени Серафим (в быту звучавшего как Сорофа, Сороня) или, что встречается чаще, от имени Созонт (Созон). В народе имя Созонт переделывали в Созон, а уменьшительно — в Соня, Сороня. Получается, что Соронины — это потомки Созонта или Серафима.

Вторая версия, прозвищная, тоже имеет право на жизнь, но с оговорками. Если исходить из слова «сорока» или «сорочка», то фамилия должна была бы писаться через «о» во втором слоге — Соро́чин, Сорочков или Сорочкин. Форма Соронин с ударением на второй слог (Соро́нин) или на первый (Со́ронин) фонетически ближе к имени, а не к предмету одежды. Прозвище Сорона могли дать человеку, который любил белые рубахи, либо же птицелову или торговцу сороками, но это уже экзотика.

Что касается географии, фамилия встречается повсеместно в центральных областях, но заметно чаще — в Поволжье и на Урале. Это косвенно подтверждает версию о происхождении от имени: в этих регионах имя Созонт было в ходу у старообрядцев, которые избегали новомодных имен и держались за древние святцы.

Таким образом, если ваш предок был Соронин, он с большой вероятностью носил имя Созонт или Серафим, которое в быту сократили до Сорони. А вот шить рубахи он мог уже потом, независимо от фамилии.