Фамилия Спиритус — один из тех случаев, когда носитель русского языка интуитивно чувствует латинский корень, и не ошибается. Основа «спирит» восходит к латинскому spiritus, что значит «дух, дыхание, душа». В отличие от абсолютного большинства русских фамилий, образованных от славянских имен, прозвищ или профессий, Спиритус — это прямая калька, семинарская фамилия. Такие фамилии в XVIII–XIX веках массово присваивали выпускникам духовных семинарий и академий. Церковная среда тяготела к латыни и греческому: будущих священников нарекали не по отцу, а по возвышенному понятию. Спиритус мог получить ученик за живой нрав, глубокую веру или просто как «говорящую» фамилию, намекающую на духовный сан.

Словообразовательная модель здесь нетипична для русской системы. Обычная русская фамилия заканчивается суффиксом принадлежности (-ов, -ев, -ин) или топонимическим -ский. Спиритус обходится без них — это чистая основа, заимствованная в именительном падеже. Такая форма встречается в основном среди духовенства (сравните: Кустодиев от латинского custodia — «стража», или Десницкий от десница — «правая рука»). Если бы фамилия бытовала в крестьянской или дворянской среде, она почти наверняка получила бы русский суффикс и превратилась, например, в Спиритусов.

Географически фамилия редкая и не имеет одного массивного очага. Встречается точечно, чаще в центральных губерниях России, где были духовные училища. В украинских землях, где семинарские фамилии тоже были распространены, могла писаться как Спіритус. В польской традиции встречается вариант Spiritus, но там он чаще связан с прямым латинским прозвищем, а не с русским семинарским обычаем.

Интересная деталь: в XIX веке семинарские фамилии нередко становились предметом насмешек из-за своей книжности и отрыва от народной речи. Спиритус в этом ряду выделялась прозрачностью — значение было понятно и крестьянину, и грамотею. Носитель такой фамилии в метриках почти наверняка числился «из духовного звания». После революции 1917 года многие меняли подобные фамилии на более «пролетарские», так что Спиритус могла исчезнуть или видоизмениться. Сохранилась она в основном в семьях, где родовая память о духовном прошлом не прерывалась.