Фамилия Спицин — один из тех случаев, когда короткое и простое на вид прозвище порождает целый веер версий о происхождении. В основе фамилии лежит личное прозвище Спица, а сама фамилия образована по самой распространённой в русской ономастике модели: к основе добавили притяжательный суффикс -ин, который отвечал на вопрос «чей?» и означал «сын, потомок Спицы». Такой тип фамилий массово складывался в XVI–XVII веках, когда прозвища отца закреплялись за детьми уже как наследственные родовые имена.

Что именно значило прозвище Спица? Самая очевидная и, пожалуй, наиболее живучая версия — внешность. Спицей в народе называли очень худого, высокого и нескладного человека, который напоминал торчащую вверх палку или иглу. Это прозвище давали без злого умысла, скорее как меткую бытовую характеристику. Но у слова были и другие, вполне конкретные значения, которые могли относиться к роду занятий. Спицы — это инструмент для вязания, а также деревянные гвозди или тонкие жерди в кровле, на которые укладывали солому. Поэтому Спицей вполне могли прозвать и вязальщика, и плотника, и кровельщика, который метал солому на крышу. Обе эти версии имеют право на существование, и без знания конкретной семьи нельзя утверждать, какая из них сработала в каждом отдельном случае.

Документальные подтверждения того, что прозвище и фамилия бытовали уже в XVI веке, приводит в своих трудах историк С. Б. Веселовский. Он упоминает крестьянина Спицу, записанного в 1539 году в Новгороде, и Василия Спицына, подьячего из Соли Вычегодской, который упоминается в 1616 году. Эти записи ценны вдвойне: они показывают, что фамилия встречалась и на севере, и в новгородских землях, а также что носители её не были привязаны к одному сословию — среди них были и крестьяне, и служилые люди.

О точном месте и времени возникновения конкретной ветви Спициных говорить сложно: процесс формирования фамилий растянулся на столетия, и разные семьи с одинаковым прозвищем могли появиться независимо друг от друга в разных регионах. Однако сам факт ранних упоминаний говорит о том, что фамилия эта — не позднее канцелярское изобретение, а живое народное имя, уходящее корнями в толщу русской бытовой культуры.