Фамилия Стигнеев — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти полностью стёрлось из живого языка, но оставило след в нескольких родственных фамилиях. Её основа — слово «стигнуть», которое в русских говорах означало «хлестнуть, стегнуть». Человек, получивший такое прозвище, мог быть либо тем, кто стегает, подгоняет лошадей (например, кучер или погонщик), либо, что вероятнее, носил его как ироничное прозвище за резкий, «хлёсткий» характер. Модель образования проста: суффикс -ев указывает на принадлежность, то есть Стигнеев — это «сын Стигнея», а Стигней — форма прозвища Стигун или Стига.

Слово «стигать» (стегать) в древнерусском языке было связано не только с физическим действием, но и с переносным смыслом — «бить словами, язвить, бранить». В словаре Владимира Даля зафиксирован глагол «стигнуть» в значении «ударить плетью». Таким образом, прозвище могло относиться к человеку бойкому, острому на язык, а не обязательно к ремесленнику. Фамилия не связана с именем Стигней — такого канонического имени в святцах нет, это чисто бытовое прозвище.

Интересно, что фамилия Стигнеев имеет явную параллель с более известной фамилией Стегнеев (от того же корня, но через диалектное «стегнуть»). Разница в написании — «и» вместо «е» — может указывать на местность бытования: в южнорусских и рязанских говорах «стигать» было распространено наравне с «стегать», а в центральных областях преобладал вариант через «е». Стигнеевых исторически больше в Тульской, Орловской и Курской губерниях — регионах, где погонщики и ямщики были обычным делом, а диалектные формы сохранялись дольше.

В дворянских родословных книгах фамилия Стигнеев не значится. Это крестьянский или мещанский род, что подтверждается и формой на -ев (типичной для непривилегированных сословий, в отличие от фамилий на -ский). Поскольку прозвище не было редким, Стигнеевы могли возникнуть независимо в нескольких уездах, и их общий предок — не один человек, а несколько разных Стигнеев, каждый из которых получил кличку за схожую черту. Сегодня фамилия остаётся малочисленной, что делает её носителей носителями живого следа забытого говора.