Фамилия Стонин — одна из тех русских фамилий, чья основа на первый взгляд кажется прозрачной, но при ближайшем рассмотрении даёт несколько вариантов толкования. Разберём главные версии.

Самый очевидный путь — связать фамилию с прилагательным «стонный» или существительным «стон». В этом случае Стонин — это «сын Стонного», то есть человека, который получил прозвище за привычку стонать, жаловаться или, возможно, за тяжелый, надрывный голос. Такие «говорящие» прозвища по звукам, которые издавал человек (Крикун, Хрипун, Визгун), были в ходу в крестьянской среде и легко закреплялись за родом.

Однако есть и менее очевидная, но более интересная версия, связанная с диалектами. В некоторых северных и сибирских говорах «стоном» называли не только звук, но и определённый вид работы или состояние. Например, «стонать» могло означать «тяжело трудиться, надрываться». Соответственно, Стоня или Стоной — прозвище работящего, выносливого человека, который «стонет, но везёт». Эта гипотеза правдоподобнее, так как в основе фамилий редко лежит откровенно негативная характеристика (нытик), чаще — бытовая или профессиональная черта.

Словообразовательная модель типична: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — Стонин). Основа — «Стоня» или «Стона» (усечённая форма от прозвища Стоной). Фамилия могла возникнуть в центральных губерниях России, но с высокой вероятностью — на Русском Севере или в Поволжье, где диалектные слова дольше сохранялись в обиходе.

Встречаются и более редкие варианты происхождения. Стонин мог образоваться от неканонического имени Стоня — сокращения от Стоян (южнославянское имя, означающее «стойкий», «постоянный»). Но для русской ономастики это маргинальная версия: фамилия Стоянов распространена у болгар и сербов, а Стонин — почти исключительно русская. Поэтому версия с прозвищем от глагола «стонать» остаётся основной.

Фамилия не относится к числу дворянских или купеческих — её носители, скорее всего, были крестьянами или ремесленниками. В архивных записях XIX века Стонины встречаются в Тверской, Ярославской и Вологодской губерниях, что подтверждает северный след. Сегодня фамилия редкая, но не исчезнувшая: её можно встретить в центральной России и в Сибири, куда переселенцы увозили свои родовые прозвища.