Фамилия Судейкин образована от прозвища Судейка. Так иронично крестьяне называли низших, волостных судей — выборных людей, которые разбирали мелкие тяжбы в черных (государственных) волостях. В документах XVI–XVII веков встречается описание: «А в иных царских черных волостях, где приказчиков не бывает, учинены судейки, человек с десять, выборные люди, тех волостей крестьяне». То есть судейка — не профессиональный чиновник, а свой же мужик, которого община поставила судить соседей. Отсюда и оттенок пренебрежения: должность невысокая, а власть над односельчанами — реальная.

Прозвище закрепилось за человеком, а его потомки стали писаться Судейкиными. Модель образования простая и типичная для русских фамилий: основа Судейк- (уменьшительное от «судья» с пренебрежительным или уменьшительным суффиксом -к-) плюс притяжательный суффикс -ин. Такая схема указывает на принадлежность: Судейкин буквально значит «сын Судейки». Суффикс -ин в русских фамилиях обычно присоединялся к основам на -а/-я, поэтому форма Судейкин, а не Судейков — закономерна.

Интересно, что фамилия не получила широкого распространения, в отличие от более частотных Судейко или Судьин. Возможно, причина в том, что прозвище Судейка носило локальный характер и бытовало в основном в северных и центральных русских землях, где сохранялось крестьянское самоуправление. На юге и в помещичьих владениях, где суд вершил барин или его приказчик, такая насмешливая кличка просто не имела бы смысла.

Встречается и другая, менее убедительная версия: связь фамилии с церковным именем Судок или Иуда. Но она не выдерживает критики: имя Иуда в народной среде избегали из-за евангельской ассоциации, а имя Судок в святцах не зафиксировано. Прозвищное происхождение от слова «судья» — версия более простая и подкрепленная документальными свидетельствами о существовании самих судеек.

Таким образом, фамилия Судейкин — редкий пример того, как в фамилии застыла не профессия, а социальная роль внутри крестьянского мира. Она говорит не о карьере предка, а о его положении в общине: человек, которого выбрали судить, но которому не дали забыть, что он такой же крестьянин, как и остальные.