Фамилия Сухобздеев — один из самых ярких и неоднозначных примеров русской антропонимии, где за неблагозвучной для современного уха формой скрывается вполне конкретное и даже прозаическое прозвище. Вопреки возможным догадкам, корень здесь не связан с обсценной лексикой, а восходит к древнерусскому глаголу «бздѣти» — то есть «пукать, испускать газы». В старину это слово не имело грубой окраски и было обычным физиологическим термином, как «чихать» или «кашлять».

Прозвище Сухой Бздей (или Сухобздей) давали человеку, скорее всего, с иронией. «Сухой» в паре с «бздеем» могло означать либо того, кто «пукает без звука» (сухой, то есть неслышный), либо, наоборот, человека худого, «сухого», у которого этот процесс происходил особенно звучно или часто. В любом случае, прозвище было бытовым, метким и закреплялось за конкретным человеком в крестьянской или посадской среде, где ценилась прямая характеристика, а не благозвучие.

Фамилия образована по стандартной модели XV–XVII веков: к основе прозвища Сухобздей добавили типичный русский патронимический суффикс -ев (фонетический вариант -ов после мягкой основы). Таким образом, Сухобздеев — буквально «сын Сухобздея». Такие фамилии фиксировались в основном у крестьян и однодворцев южных регионов России, где бытовала традиция давать «уличные» фамилии по прозвищам, а не по имени отца.

Поскольку фамилия редкая и экспрессивная, её носители в XVIII–XIX веках нередко пытались её изменить или «облагородить». Встречаются варианты Сухобздов, Сухобздев, а также случаи перехода в более нейтральные формы вроде Сухобоков или Сухобрусов. Тем не менее, основная ветвь сохранила исходное написание, и сегодня Сухобздеевы — это живое напоминание о том, что русская фамилия могла быть не «дворянской» и «красивой», а честной, бытовой и даже физиологичной, без всякого стыда за свою природу.