Фамилия Суманов — яркий пример того, как тюркское слово стало основой для русской фамилии. Её ядро — тюркское «суман» (в разных диалектах — «суман», «сумман»), что означает «туман», «мгла». В степных и горных регионах, где туманы — частое явление, такое прозвище могли дать человеку за рассеянность, медлительность или задумчивый, «туманный» взгляд. Менее вероятно, но возможно, что прозвище носило охранительный характер: родители называли ребёнка «Туманом», чтобы скрыть его от злых сил.

Русский суффикс -ов присоединили к основе «Сума́н», и фамилия стала означать «сын Сумана» или «потомок человека по прозвищу Суман». По модели образования это типичная «патронимическая» фамилия, каких большинство в России: Иванов, Петров, Кузнецов. Однако здесь основа не календарное имя и не профессия, а тюркское прозвище, что указывает на контактную зону — Поволжье, Урал, южные степи, где русские и тюркские народы веками жили рядом.

Интересно, что в некоторых говорах (например, в рязанских и тамбовских) слово «суман» фиксировалось как диалектное название тумана, но не исключено, что это обратное заимствование из тюркских языков. В пользу тюркского происхождения говорит и то, что в башкирском, татарском и казахском языках слово «суман» (туман) широко распространено, а фамилия Суманов встречается у представителей этих народов, принявших православие или русифицировавших фамилию.

Спорный момент — возможная связь с тюркским «су» (вода) и «ман» (человек) — то есть «человек воды». Эта версия менее убедительна: слово «суман» в значении «водяной человек» ни в одном тюркском языке не зафиксировано, а вот «туман» — сплошь и рядом. Поэтому версия с туманом — основная и самая правдоподобная.

География фамилии сегодня: Сумановы живут в основном в Оренбургской, Челябинской областях, в Башкортостане и Татарстане. Это подтверждает её южно-уральское и приуральское происхождение. Встречается фамилия и в Средней Азии, среди русскоязычных потомков переселенцев.

Фамилия Суманов не была дворянской — её носители, скорее всего, крестьяне, казаки или мещане. Но это не делает её менее интересной: она — живое свидетельство многовекового соседства и взаимовлияния русского и тюркского миров.