Происхождение
Фамилия Сырейщикова
Фамилия Сырейщикова хранит память о занятии предка, и это редкий случай, когда прозвище, лёгшее в её основу, зафиксировано в документах начала XVII века. В «Ономастиконе» С.Б. Веселовского записан Сырейщик Василий, посадский человек, 1612 год, Нижний Новгород. Это одно из первых упоминаний прозвища, и оно сразу даёт нам социальный срез: перед нами не служилый человек и не крестьянин, а горожанин, посадский.
Прозвище Сырейщик имело два значения, и оба связаны с обработкой сырья. У охотников так называли псаря, который варил навар из падали и замешивал на нём овсянку для собак. Но чаще так именовали скупщика, который ездил по сёлам и приобретал у крестьян сырые, невыделанные кожи. Второе значение правдоподобнее: скупка кож была распространённым промыслом, требовавшим и оборотных средств, и знания товара. Псарь с его специфической стряпнёй — фигура более узкая, и вряд ли его ремесло дало бы столь устойчивое прозвище.
В любом случае, прозвище относилось к числу «профессиональных» именований: оно заменяло человеку имя и указывало на его ремесло. Суффикс -щик в основе типичен для названий занятий, а фамилия Сырейщиков образована по стандартной модели притяжательного прилагательного: прозвище отца плюс суффикс -ов. Сначала Сырейщиков — это «сын Сырейщика», затем фамилия закрепилась за потомками.
Интересно, что фамилия не получила широкого распространения и осталась относительно редкой. Это говорит о том, что род не разветвился на множество ветвей, а сохранил связь с конкретным прозвищем, а не с цехом или артелью. Женская форма Сырейщикова — естественное образование от мужской, и она встречается в тех же регионах, где бытовала мужская: в Поволжье, в частности в Нижегородской области, откуда происходит первое документальное упоминание.
Таким образом, фамилия Сырейщикова — это не абстрактное наследство, а конкретная профессиональная метка. Потомки Сырейщиковых могут с высокой долей уверенности связывать свою родословную с торговлей кожами или, менее вероятно, с псарным делом. Прозвище, закрепившееся за человеком как наиболее употребительное именование, со временем легло в основу фамилии, и эта цепочка прослеживается без разрывов.