Фамилия Тарабицын — редкий случай, где труднее всего понять не суффикс, а корень. Суффикс -ын (в современном написании -ин) указывает на принадлежность: Тарабица — человек, сын Тарабицы. Но что скрывается за основой «Тарабиц-»? Здесь нет единого мнения, и это как раз тот случай, когда стоит разобрать версии по степени правдоподобия.

Самая прямая гипотеза — прозвище от глагола «тарабарить» (говорить быстро, тараторить, болтать). В южных и западных говорах «тарабарить» означало ещё и «шуметь, стучать». Тогда Тарабица — болтун, говорун, либо, наоборот, человек, который производит много шума. Такие прозвища по манере речи давали часто, и слово «тарабарщина» (непонятная речь) хорошо знакомо. Версия логичная, словообразовательно прозрачная.

Вторая версия связывает фамилию с диалектным «тараба» — мешок, котомка, а также «тарабанить» — тащить, нести с трудом. В этом случае Тарабица — либо продавец мешков, либо человек, который постоянно что-то тащит, носильщик. Прозвище по роду занятий или по походке. Эта версия слабее первой, потому что суффикс -иц- при такой основе (тараб-а) дал бы форму «Тарабица» легче, чем от глагольной основы, но обе версии имеют право на жизнь.

Третья, самая спорная гипотеза — от тюркского имени Тараби (счастливый, довольный) с добавлением русского суффикса -ца. Но для этого нужно допустить, что имя сначала превратилось в прозвище Тарабица, а потом уже в фамилию. Доказательств мало, и звучит это натянуто — скорее всего, корень чисто славянский, из живой разговорной речи.

Географически фамилия встречается редко, но заметна в Вологодской и Кировской областях, что косвенно подтверждает севернорусское происхождение с характерным суффиксом -ин. Сословно — однозначно крестьянская или посадская среда: прозвища «по разговору» или «по работе» давали в низших слоях, а не в дворянских родах.

Таким образом, Тарабицын — скорее всего, потомок человека, которого в деревне прозвали Тарабицей за быструю речь или шумный нрав. Фамилия живёт за счёт редкого, но выразительного корня, который до сих пор понятен носителю языка без словаря.