Фамилия Телухина — женская форма фамилии Телухин, и её основа, скорее всего, связана с прозвищем, которое давали по характерной черте внешности или поведения. В русском языке есть слово «тело», но прямое прозвище «Тело» маловероятно — обычно такие прозвища образовывались от глаголов или диалектных слов. Наиболее правдоподобная версия: фамилия восходит к глаголу «телушиться» (или «телухаться») — в некоторых говорах это означало «мешкать, копаться, делать что-то медленно и неуклюже». Соответственно, Телуха — прозвище медлительного, неповоротливого человека.

Менее вероятная, но возможная версия — связь со словом «телок» (молодой бычок). В диалектах «телуха» иногда называли корову или тёлку, но такое прозвище скорее дали бы для сравнения с животным — крупному, спокойному или, наоборот, упрямому человеку. Суффикс «-ин» в фамилии указывает на принадлежность: «чей сын?» — Телухин, то есть сын Телухи. Такая модель образования типична для русских фамилий XVI–XVII веков, когда прозвища отца переходили к детям без изменений.

Фамилия Телухина не относится к числу распространённых. Встречается она преимущественно в центральной России и Поволжье, но точных данных о географической привязке нет. В дореволюционных источниках эта фамилия не фиксируется среди дворянских родов, что указывает на крестьянское или мещанское происхождение. Примечательно, что в некоторых старообрядческих семьях фамилия могла возникнуть из-за прозвища Телуха, данного за неспешность, — в среде староверов ценилась обстоятельность, и лёгкая ирония в прозвище не считалась оскорбительной.

В написании фамилии нет вариантов: ударение, скорее всего, падает на второй слог — Телу́хина (от Телу́ха), хотя в разговорной речи иногда встречается ударение на первый слог. Сравнение с однокоренными фамилиями (Телушкин, Телухин) показывает, что основа «тел-» в русских фамилиях чаще связана с животными или действиями, чем с прямым значением слова «тело». Таким образом, предок носителей фамилии Телухина был, вероятно, человеком неторопливым, возможно, крупного телосложения, и его прозвище закрепилось за потомками.