Фамилия Топоткова — типичный пример русской «матронимической» модели, но с интересным звуковым наполнением. Вопреки возможной догадке, она образована не от мужского прозвища Топоток (хотя такая форма тоже существовала), а от женского имени или прозвища Топотка. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Топоткина дочь, жена, вдова. Такие фамилии чаще давали по матери, если отец был неизвестен, умер рано или не участвовал в воспитании, либо если мать была более заметной фигурой в общине.

Основа «топот» восходит к глаголу «топать» — шумно ступать, производить топот. Прозвище Топотка могла получить женщина с тяжёлой, громкой походкой, либо, напротив, суетливая и шумная. В диалектах слово «топотка» иногда означало «непоседа» или «хлопотунья». Второй, менее вероятный вариант — происхождение от календарного имени. В святцах нет имени Топот, но в народе бытовали «охранительные» имена-обереги (Топот, Шум, Гром), которые давали, чтобы отвести злые силы: мол, зовут Топотом, а настоящего имени никто не знает.

Словообразовательная модель с суффиксом -ин (-ын) характерна для северных и центральных областей России. Фамилия Топоткова встречается в Вологодской, Костромской, Кировской областях — там, где сохранились архаичные прозвища и где матронимические фамилии были распространены чуть шире, чем в черноземье. В этих же регионах фиксируются родственные фамилии: Топотов, Топотун, Топоткин.

В «Ономастиконе» Веселовского упоминается крестьянин Топот (XVI век, Новгород), но без фамильной формы. Прямых указаний на дворянское происхождение Топотковых нет — фамилия оставалась крестьянской и мещанской, не попав в «Бархатную книгу» или родословные сборники. Сегодня она редкая: по данным переписей, в России насчитывается не более нескольких сотен носителей, преимущественно в Центральном и Северо-Западном округах.

Таким образом, Топоткова — фамилия, которая звучит как бытовое прозвище, но за ней стоит конкретная и нечастая модель: женское имя-прозвище плюс притяжательный суффикс. Предки носителя, скорее всего, были простыми людьми из северных деревень, где прозвища цеплялись крепко и передавались по материнской линии.