Фамилия Треглазов напрямую связана с прозвищем Треглаз, которое давали человеку с необычными способностями к наблюдению. В основе лежит не столько физическая особенность, сколько меткое народное наблюдение: такое прозвище мог получить либо дозорный с исключительной зоркостью, либо человек, умевший подмечать то, что ускользало от других. Число «три» здесь не случайно — в народной культуре оно издавна означало полноту и совершенство, а третий глаз в древних поверьях считался атрибутом божественных сущностей и провидцев. Считалось, что он даёт способность заглядывать в прошлое и будущее, читать мысли и видеть скрытое.

Словообразовательная модель проста и типична для русских фамилий: к основе прозвища Треглаз добавили патронимический суффикс -ов, который указывает на принадлежность потомку человека с этим прозвищем. Такой тип фамилий массово формировался в XV–XVII веках, когда прозвища отцов закреплялись за детьми и внуками. Если следовать этой логике, предок носителя фамилии Треглазов, вероятно, обладал репутацией прозорливца — не обязательно в мистическом смысле, а скорее как человек, которого трудно обмануть или от которого трудно что-то утаить.

Интересно, что фамилия сохранила редкую основу. Среди однокоренных фамилий встречаются Треглазов и Треглаз, но они не получили широкого распространения, в отличие от более частотных фамилий с корнями, обозначающими физические недостатки или особенности внешности. Возможно, причина в том, что прозвище Треглаз имело скорее уважительный оттенок, чем ироничный, и потому не прижилось в качестве массового именования. Впрочем, точных исторических записей о первых носителях фамилии не сохранилось, поэтому о конкретном регионе или сословии, где она возникла, говорить сложно.

Версия о ясновидящем предке — самая поэтичная, но и самая спорная. Правдоподобнее выглядит бытовая трактовка: в крестьянской среде прозвище Треглаз могли дать пастуху, сторожу или охотнику, чей острый глаз был жизненно необходим. В таком случае фамилия — не память о мистическом даре, а уважение к практическому умению, которое ценилось в повседневной жизни.