Фамилия Трисов — редкий случай, когда за основу взято не имя, а, скорее всего, прозвище в сравнительной степени. Разбираем словообразовательную модель: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?»), а основа Трис- восходит к прилагательному «третий» в его старой, краткой форме «третій» (через «ять»). В диалектах и разговорной речи XVI–XVII веков форма «треть» могла звучать как «трес» или «трис» из-за аканья и упрощения групп согласных. То есть Трис — это тот же «Третьяк», но с другим суффиксом.

На первый взгляд напрашивается версия с числительным «три», но она слабая. Прозвища по числам (Первой, Второй, Третьяк) обычно давали по порядку рождения в семье. Однако «Трисов» — это не «Третьяков» (где суффикс -як прямо указывает на человека), а притяжательная форма от краткого прилагательного. Сравните: «третий сын» в диалекте могло сократиться до «трис сын» — так и закрепилось прозвище. Более того, в старых писцовых книгах встречаются фамилии Тресов и Трисов как варианты одной и той же, что подтверждает связь с «третьим», а не с числом «три».

Географически фамилия Трисов тяготеет к северным и центральным областям России — Архангельской, Вологодской, Костромской. Именно там диалектное «трес» вместо «треть» было в ходу. Сословно носители фамилии, скорее всего, относились к крестьянам или посадским людям: фамилии на -ов от прозвищ в этих слоях формировались массово в XVII–XVIII веках. Дворянских родов Трисовых в «Бархатной книге» или «Общем гербовнике» не числится.

Интересно, что фамилия Трисов почти не встречается за пределами России, в отличие от родственной Третьяков, которая распространилась шире. Это говорит о локальном, диалектном происхождении: если бы основа была общеупотребительной, фамилия бы «разошлась» по всей стране. Так что предки носителя фамилии Трисов, вероятно, жили в деревне, где младшего сына в семье называли не «Третьяком», а по-своему — «Трисом».